Оглавление

 

 

 

 РЕШЕНИЕ

«О жалобе О. А. Беклемищевой на редакцию газеты "Московский комсомолец" в связи с публикацией статьи Евы Меркачевой "Никотиновая зависимость власти (№ 26053 от 28 сентября 2012 г.)»

 

Москва, 25 декабря 2012 г.                                                    № 82

На 79-м заседании Общественной коллегии по жалобам на прессу ad hoc коллегия в составе заместителя председателя Палаты медиа-аудитории Виктора Монахова (председательствующий), членов  Палаты медиа-аудитории Евгения Гонтмахера, Вадима Зиятдинова, Протоирея Александра Макарова, члена Палаты медиа-сообщества Алексея Симонова рассмотрела жалобу  О. А. Беклемищевой на редакцию газеты «Московский комсомолец» в связи с публикацией статьи Евы Меркачевой «Никотиновая зависимость власти»  ( № 26053 от 28 сентября 2012 г.).

Вопросы процедуры. Заявитель О. А. Беклемищева признала профессионально-этическую юрисдикцию Общественной коллегии и в связи с этим приняла на себя письменное обязательство не продолжать данный информационный спор в судебном или административном порядке.

Редакция газеты «Московский комсомолец» в лице корреспондента Евы Меркачевой также признала профессионально-этическую юрисдикцию Общественной коллегии и в связи с этим приняла на себя письменное обязательство не продолжать данный информационный спор в судебном или административном порядке.
Общественная коллегия с удовлетворением  отмечает это обстоятельство, подчёркивая, что участие представителей СМИ в рассмотрении информационных споров позволяет на практике установить конструктивный диалог между участниками конфликта и рассматривать жалобы аудитории средств массовой информации на нарушение правил профессиональной этики и поведения журналиста в обстановке состязательности, открытости и равноправия сторон.

Позиция заявителя. В своём обращении в Коллегию от 26.10.2012 г. О. А. Беклемищева попросила проверить на соответствие нормам журналистской этики  действия журналистов газеты «Московский комсомолец» при подготовке статьи корреспондента Евы Меркачевой «Никотиновая зависимость власти», опубликованной  под рубрикой «Расследование». («МК» № 26053 от 28.09.2012, № 26053.). В публикации содержится, в том числе, следующий сюжет: «Из обнародованной переписки президентов табачных компаний друг с другом стало понятно, кто брал деньги, сколько и за что, - говорит президент Российской ассоциации общественного здоровья профессор Андрей Демин. - Приведу один только пример. Замечательнейшее письмо представителя «Бритиш американ табак» Владимира Аксенова о его встречах с Ольгой Беклемищевой (в тот момент зампредседателя Комитета по здравоохранению Госдумы). В свое время Россия могла встать в авангарде борьбы с табаком благодаря законопроекту, где были прописаны самые эффективные меры - повышение акцизов, запрет на курение и продажу в общественных местах, на рекламу. Так вот, Аксенов пишет, что встречался с Беклемищевой, и она обещала сделать все, чтобы «убить» законопроект. Одновременно Беклемищева просит Аксенова финансовой помощи для некоего фонда, созданного в Нижнем Новгороде»
Заявитель уточнила, что публикация Е. Меркачевой в «МК» была не первой, содержавшей определенные порочащие её измышления. Так, в программе В. Соловьева «Поединок» на телеканале «Россия» 31 мая 2012 года журналист Р.Толокнов заявил: «депутат Беклемищева подкупила всех, … провалила закон …» (http://poedinoktv.net/poedinok-s-vladimirom-solovevym-mixail-barshhevskij-protiv-romana-toloknova/ ). Это заявление пошло в эфир не только в прямой трансляции на Дальний Восток, но и (в тот же день) в записи на все другие регионы страны. Ранее тот же г-н Толокнов участвовал в создании фильма «Калибр 7.62», который был показан в 2011 г.  на телеканале  «ОРТ» (http://www.1tv.ru/anons/id=173007 ). Фотография заявителя демонстрировалась в этом фильме на фоне закадровых  рассуждений о «табачной мафии» и «подкупе депутатов».

Притом, что публикации данного ряда могут рассматриваться в качестве заявлений о подкупе должностного лица, поскольку в них фактически распространяется утверждение о корыстных мотивах действий заявителя (на тот момент – депутата Государственной Думы второго созыва) в связи с проектом  ФЗ «Об ограничении курения табака», внесенным депутатом Государственной Думы Н.Ф.Герасименко и рассматривавшимся Государственной Думой в 1998 г.; заявитель тогда выступала открытым оппонентом ряда норм этого законопроекта проекта), все они, включая публикацию Е. Меркачёвой, содержат ссылку на один источник. А именно: на размещенное Библиотекой документов табачных компаний (http://legacy.library.ucsf.edu/tid/kap44a99/pdf?search=%22beklemishcheva%22   факсимильное письмо сотрудника компании «Бритиш американ табак – Россия» (БАТ) В. Аксенова, представлявшего ассоциацию «Табакпром» в рабочей группе Комитета по охране здоровья Госдумы. (Эта рабочая группа была создана для работы с  проектом  ФЗ «Об ограничении курения табака».)

Приведя в жалобе полный текст письма В. Аксёнова (на языке оригинала) и выделив в нем фрагменты о встрече автора с О. Беклемищевой и о некоем нижегородском фонде (как позиции, на которых строится фактическое обвинение заявителя в подкупе табачными компаниями), заявитель обратила внимание членов  Коллегии на то, что в приведенном письме нет ни слова о деньгах или иных материальных благах, которые ей предполагается передать.

Заявитель уточнила, что БАТ опубликовала свою переписку, в том числе и это письмо, в 2002 году в соответствии с решением американского суда. «Мне о нем стало известно только сейчас, после публичных обвинений меня - со ссылкой на него. Подтверждаю: это письмо в основном верно отражает суть  моего разговора с г-ном Аксеновым в начале июля 1998 г., но не лексику, по крайней мере мою. То, что я делала, внося (самостоятельно или вместе с другими депутатами) и лоббируя поправки ко второму чтению этого законопроекта, выступая от имени своей фракции «Яблоко» при  его обсуждениях на заседаниях Думы, я никогда не называла «убийством» закона. Мои поправки защищали право курильщиков на курение в специально отведенных местах и  право табачных компаний на рекламу в специализированных СМИ (последнее не нужно было БАТ и т.п. гигантам отрасли, но помогало «не раскрученным» отечественным производителям продвигать на рынок свою продукцию). Сама я курильщица с более чем 30-летним стажем и имею полное право защищать как свои права, так и права других граждан на легальное употребление легального продукта - сигарет.

Что касается учрежденного мной и еще двумя жителями Нижнего Новгорода, от которого я была избрана в Государственную Думу, общественного фонда «За будущее детей», то одной из его целей была борьба с курением детей и подростков, а компания БАТ Россия в то время объявила о программе противодействия продаже сигарет несовершеннолетним, так что мы говорили о возможном сотрудничестве, которое, впрочем, так и не состоялось.

В подтверждение сказанного мной по данному поводу прилагаю копию нотариально заверенных свидетельских показаний Владимира Аксенова. (Приложение 1). Что касается нижегородского  общественного фонда «За будущее детей», то он никогда не получал каких-либо денег или иных благ ни от БАТ-Россия, ни от каких-либо других коммерческих организаций, а финансировался исключительно за счет грантов Института «Открытое общество» и договоров с администрациями городов, где фонд проводил тренинги и семинары. Фонда уже давно не существует, но данное обстоятельство подтверждает его бывший директор Сидоров Сергей Михайлович (Приложение 2). Никогда ничего не получала от табачных компаний и я, поэтому меня не может не волновать,  что вышеуказанные мною лица (ответчики) отстаивание мной абсолютно легальными средствами своих убеждений и прав  своих и еще 40 миллионов российских курильщиков  пытаются представить результатом  подкупа  меня табачными кампаниями».

Заявитель предположила, что некоторые выражения из этого письма могут быть «при желании» неверно истолкованы, уточнив сразу же, что ни к ней, ни к Владимиру Аксенову (по его словам) «никто не обращался за разъяснениями».

Разъясняя причины, по которым о публикациях определенного толка, содержащих ссылки на её имя - в связи с публикацией письма Аксенова, она узнала со значительным запозданием, заявитель сообщила: «После Государственной Думы я работала журналистом, вела программу на радио “Свобода”, но с 2008 г. не работаю, веду частную жизнь и не отсматриваю в интернете публикации, связанные со своей фамилией. Поэтому  о  нападках на меня со стороны борцов с курением  узнала только в мае сего года, столкнувшись на записи программы “Право голоса”, выходящей на канале “ТВЦ”, с г-жой Д.Халтуриной, которая публично повторила  свои  измышления в мой адрес. В итоговую запись программы  эти ее слова не вошли, поэтому я не имею претензий к программе “Право голоса”». 

Заявитель уточнила, что возмутившись услышанным о себе, она стала искать в интернете причины подобных оскорблений. Обнаружив  многочисленные статьи антитабачных лоббистов и их, якобы, «первоисточник» – факс г-на Аксенова, заявитель нашла г-на Аксенова, который «любезно согласился разъяснить содержание факса у нотариуса».

«Считаю, что такого рода проверочные действия мог и должен был совершить любой заинтересованный в истине человек, поэтому я не понимаю, почему ряд СМИ  предоставляет свои страницы (эфиры)  людям, занимающимся, на самом деле, диффамацией».
Попросив рассмотреть обращение и дать этическую оценку  «вышеуказанным действиям журналистов газеты “Московский комсомолец”, телеканалов “1-ый канал” и “Россия”», причинившим  ей, а также её близким  «ощутимые нравственные страдания», заявитель согласилась с предложением рассмотреть саму ситуацию ссылок на документ, обнародованный в интернете (без обращения к лицу, упоминаемому в нём в диффамационном ключе) как модельную. А именно: адресовать жалобу одному конкретному СМИ, - при условии, что с результатами такого рассмотрения Коллегией будут ознакомлены также и все остальные названные ею в жалобе СМИ и журналисты.

Выбор заявителя пал на последний к моменту подачи жалобы «расследовательский» материал Евы Меркачевой «Никотиновая зависимость власти». («Московский комсомолец», 28.09.2012 г.).

Позиция редакции газеты «Московский комсомолец»  в письменной форме изложена не была, однако была озвучена в ходе заседания Общественной коллегии, в ходе выступления автора статьи, вызвавшей данный спор -  корреспондента  редакции  газеты «Московский комсомолец» Е. М. Меркачевой, а также выступавшей  на стороне редакции, сотрудницы Международной конфедерации обществ потребителей (КонФОП)  Черновой М.Г.

Обстоятельства, установленные в ходе заседания Коллегии. Заявитель, О.А. Беклемищева, повторив основные тезисы своей жалобы, уточнила, что она не против того, чтобы данная тема обсуждалось в СМИ, но, безусловно, против той формы обсуждения, которая была избрана на этот раз  автором и редакцией «МК». «Речь идет (…) о бездоказательных намеках и оскорбительных предположениях» в ее адрес,  распространенных редакцией «МК» без малейших попыток  получить  от нее соответствующие разъяснения  по сути  этих намеков и предположений.

Напомнив, что автор статьи не выполнила элементарного профессионального правила журналиста, готовящего критическую публикацию («выслушай обе стороны»), заявитель продемонстрировала нотариально заверенные свидетельские показания Владимира Аксенова (их копия передана в  Общественную коллегию и размещена  на ее сайте), касающиеся  содержания того самого факс-письма 1998 г. за его подписью,  на которое все  ссылаются. «Считаю, что такого рода проверочные действия мог и должен был совершить любой заинтересованный в истине человек, поэтому я не понимаю, почему ряд СМИ  предоставляет свои страницы (эфиры)  людям, занимающимся, на самом деле, диффамацией».

Отвечая на вопросы членов Общественной коллегии, О. А. Беклемищева  пояснила, что  не обращалась в редакцию газеты «Московский комсомолец» с требованием опубликовать опровержение или ответ, объяснив это тем, что   была уверена в том, что это ее  обращение окажется пустой тратой времени. Так же ей   не хотелось прибегать к привлечению к уголовной ответственности  автора публикации за фактический состав клеветы в адрес  заявителя (вымогательство взятки), поскольку  она понимала, что скорее всего  это было сделано недостаточно опытной   журналистской  не со зла и не из корыстных соображений, а от  отсутствия необходимого опыта  в освоении профессии.  

О. А. Беклемищева  также обратила внимание членов Коллегии на то, что  статья Евы Меркачевой опубликована под рубрикой «Расследование». По мнению заявителя, имеющего опыт журналистской работы, последнее должно означать, что и редакция и журналист-расследователь  принимают на себя дополнительные обязательства по строгому соблюдению  журналистских канонов  в том, что касается достоверности устанавливаемых фактов и точности изложения результатов  проведенного расследования.

Елена Меркачева  сообщила Коллегии, что не видит в публикации  статьи «Никотиновая зависимость власти» никаких оснований для предъявления ей  со стороны О. А. Беклемищевой каких-либо претензий. «Во-первых, О. А. Беклемищевой  посвящено в статье всего несколько фраз. Она  в ней  не главная, не центральная фигура. Во-вторых, те документы, что мне были доступны (прежде всего факс-письмо г-на Аксенова), не оставили у меня никаких сомнений  насчет роли О. А. Беклемищевой в  процессе противодействия принятию антитабачного закона в России в 1998 г.; «мне всё стало очевидно». На вопрос  О. А. Беклемищевой: почему журналист не позвонила ей с просьбой прокомментировать тот пример с её участием, который автор привела в статье, цитируя профессора А. Демина, был дан следующий ответ: «Я не думала, что вы действующий борец за права курящих…».  Ответ на вопрос «а почему Вы  не попробовали связаться с В. Аксеновым, чтобы услышать его трактовку содержания, подписанного им  факс-письма, которое Вы  опубликовали внутри своей статьи?»: «У меня не было никаких вопросов к этому человеку».

Отвечая на вопросы членов Коллегии по поводу источника ее утверждения о том, что О. А. Беклемищева, якобы,  «просила» деньги для своего нижегородского фонда,  фактически признала, что это обстоятельство она, что называется,  «домыслила». По мнению автора публикации, когда   представители «подобных» (выражение Е. Меркачевой)  фондов   ведут речь о сотрудничестве  с табачными  компаниями, то  о чем действительно идет речь  вполне понятно. (Сказано дословно: «Я знаю, что “сотрудничество” может быть только финансовое. И я не верю, что бывают другие виды сотрудничества».)

Выступившая на стороне редакции газеты «Московский комсомолец» сотрудница Международной конфедерации обществ потребителей (КонФОП)  М.Г. Чернова напомнила участвовавшим в заседании о предстоящем обсуждении (втором чтении) в Государственной Думе 6-ого созыва  правительственного антитабачного законопроекта, встречающего, как и во времена  обсуждения  «антитабачного» законопроекта Государственной Думой 2-ого созыва вполне определенное противодействие. В этом контексте, с ее точки зрения,  рассматриваемое Коллегией обращение О. А. Беклемищевой в связи с публикацией  в «МК» статьи Евы Меркачевой "Никотиновая зависимость…»  может рассматриваться определенным компонентом той пиар-кампании, что сопровождает прохождение  правительственного антитабачного законопроекта по установленным  процедурам его обсуждения и принятия.

Общественная коллегия ознакомилась с текстом статьи, ставшей предметом спора, с представленными сторонами документами, а также провела короткую дискуссию о возможных прочтениях выделенных заявителем фрагментов факс-письма В.К. Аксенова, на которое ссылается, в том числе, автор рассматриваемой публикации в «МК».

С учетом всего изложенного выше Общественная коллегия приняла следующее

РЕШЕНИЕ

1. Коллегия отмечает, что рассматриваемый ею информационный спор,  касаясь привычек, пристрастий, но, прежде всего, представлений о правах, свободах, ценностях, социальных стандартах, целях и средствах их достижения, неотделим от пространства публичной дискуссии по предмету, задевающему интересы и образ жизни десятков миллионов людей.

1.1. Коллегия уточняет, что не рассматривает – как не относящиеся к сфере своей компетенции – вопросы правоты сторон в  споре курящих и не курящих, качества мер, предлагаемых законодателями для ограничения прав курящих, меры и допустимых способов защиты  прав противников курения или прав курильщиков, и т.п.

1.2. Коллегия обращает внимание на то, что рассматриваемый ею информационный спор с выраженным компонентом «общественного интереса», к предмету ведения Коллегии относится по двум конкретным, уставным причинам: в силу принадлежности к категории споров нравственно-этического характера, возникающих в сфере массовой информации и связанных с предполагаемым нарушением принципов и норм профессиональной этики журналиста, – и в силу того, что спор этот затрагивает права человека в сфере массовой информации.

2. В рамках рассматриваемого информационного спора Коллегия стремилась установить профессиональную добросовестность и следование стандартам журналистской профессии автора публикации «Никотиновая зависимость власти». Подвергая при этом, что необходимо подчеркнуть, анализу текст журналиста Е. Меркачевой и ситуацию, связанную с его подготовкой, только в той конкретной, заведомо небольшой по объему, части публикации, которая касалась непосредственно О.А. Беклемищевой. И которая была воспринята заявителем как профессиональная ошибка журналиста: задевающая доброе имя и репутацию конкретного человека.

2.1. Коллегия обращает особое внимание на то, что  спецификой рассматриваемого ею информационного спора может быть признано, в том числе, качество информирования журналистом и СМИ граждан по вопросу о том, как именно готовятся и проходят в органе представительной власти законопроекты, затрагивающие интересы и жизненные перспективы многих миллионов людей. Ответственность журналиста и СМИ, равно как и общественный запрос на высокий профессионализм, на добросовестность и готовность журналиста следовать требованиям и профессионально-этическим установкам своей профессии в подобной ситуации трудно переоценить.

2.2. Коллегия напоминает в связи со сказанным, что жалобы на нарушение принципов и норм журналистской этики при освещении процессов отечественного законотворчества возникали и разрешались в пространстве досудебных информационных споров и прежде. И напоминает, в частности о важных, не устаревших, на её взгляд, выводах Судебной палаты по информационным спорам при Президенте РФ, содержавшихся в Решении №6  от 21 февраля 1995 г. «Об обращении заместителя председателя Государственного комитета Российской Федерации по антимонопольной политике и поддержке новых экономических структур Н.Е. Фонаревой». Уделив первостепенное внимание вопросам достоверности и объективности при освещении в средствах массовой информации активно ведшихся в то время дискуссий по федеральному  законопроекту «О рекламе», Судебная палата, во-первых, признала тогда, что наряду с правомерной и конструктивной критикой законопроекта «О рекламе» в  публикациях некоторых средств массовой информации содержались искажения подлинного текста законопроекта, некорректное употребление юридических терминов, необоснованные предположения о негативных намерениях разработчиков, что в целом может создавать неадекватное целям и содержанию законопроекта общественное мнение.  И, во-вторых, обратила  внимание редакций средств массовой информации на необходимость более тщательной проверки фактов и сведений при подготовке и публикации материалов по вопросам, касающимся оценки проектов нормативных правовых актов вообще, и законопроекта «О рекламе» в частности.

3. Коллегия исходит из того, что профессиональная этика журналиста всегда имеет конкретного носителя в лице журналиста с именем и фамилией, под которой выходит конкретная публикация, и что именно к этому конкретному журналисту могут быть адресованы вопросы, связанные, в том числе, с качеством соучастия в конкретной публичной дискуссии, в представлении ситуаций и обстоятельств, представляющих общественный интерес.

Исходя из сказанного, изучив публикацию и документы и заслушав стороны,  Коллегия с сожалением вынуждена констатировать, что  автор публикации  в «МК» "Никотиновая зависимость власти  (№ 26053 от 28 сентября 2012 г.)»,  полагая свой подход оправдываемым высокими общественными интересами, не сумела отделить личную позицию пропагандиста здорового образа жизни от позиции профессиональной, собственно журналистской. И, как результат, отказалась от попытки общения, вступления в диалог с конкретными, называемыми поименно оппонентами, представителями осуждённой ею публично позиции. При этом журналист совершила серьезную профессиональную ошибку, не попытавшись проверить сведения неверные, как показало рассмотрение спора на Коллегии, и порочащие живых людей, дорожащих личной, общественной и профессиональной репутацией.  Коллегия в этой связи полагает полезным привести реплику одного из участников заседания, обращенную в итоге, по результатам полученных ответов на вопросы, к журналисту Меркачевой:  приведенный в статье ретроспективный сюжет  с  О. А. Беклемищевой  действительно маленький, но и его  в данном случае  хватило, чтобы  представить  в  негативном свете  конкретного человека. И вообще журналисту хорошо бы выяснять перед тем, как начинать писать, жив ли тот, кто им упоминается, и что он конкретно думает по поводу того, что о нем будет написано.

4. Коллегия считает установленным факт, что корреспондент «МК» Ева Меркачева  при подготовке той части  статьи «Никотиновая зависимость власти»,  которая касается  непосредственно О.А. Беклемищевой, не проверила достоверность информации, сообщённой ею массовому читателю, неопределенному кругу лиц, приведя не соответствующие действительности данные как установленные, т.е. верифицированные лично ею и её газетой факты.

Коллегия уточняет, что тем самым автор публикации, во-первых, допустила серьезный проступок, связанный с фактическим отказом от исполнения нормативных требований ст. 49 «Обязанности журналиста» Закона РФ «О средствах массовой информации». И, во-вторых, допустила серьезное нарушение базовых для профессии правил поведения журналиста: выслушивать  и представлять  в публикациях, затрагивающих общественный интерес, точки зрения всех основных сторон описываемого конфликта, добросовестно проверять информацию, непременно отделять  факт от комментария.

4.1. Коллегия считает уместным  напомнить  ключевой тезис Резолюции Парламентской Ассамблеи Совета Европы  1003 (1993) «О журналистской этике»: помимо законных прав и обязанностей, отраженных в соответствующих правовых нормах, СМИ несут этическую ответственность перед гражданами и обществом, которая заслуживает особого внимания в настоящее время, когда информация и связь играют первостепенную роль в формировании личных позиций граждан и в развитии общества и демократии.

Коллегия напоминает здесь же, что согласно положениям этой Резолюции:
-  гражданин «имеет право требовать, чтобы информация, предоставляемая журналистами, была достоверной в том, что касается новостей, и честной в том, что касается мнений»;
-  «действующие в рамках закона журналистские расследования  ограничены правдивостью и честностью представленной в них информации и мнений и не совместимы с журналистскими кампаниями, проводимыми на основе заранее определенных позиций или особых интересов»;
- «в журналистике представляемая информация и мнения должны уважать презумпцию невиновности»;
- «по просьбе заинтересованного лица  средство массовой информации должно исправить, автоматически и незамедлительно, и сопроводить необходимой информацией любое сообщение или мнение, распространенное этим СМИ, которое является неверным или ошибочным».

4.2. Коллегия обращает внимание на то, что публикация Е. Меркачевой опубликована под рубрикой «МК-расследование». Именно по этой причине Коллегия считает необходимым напомнить свой призыв к журналистам, занимающимся подготовкой материалов этой особой, повышенно рискованной категории, ориентироваться на подход и положения таких документов, как Декларация о принципах честной работы в жанрах судебного очерка и репортажа, а также журналистского расследования Гильдии судебных репортёров и Положение о программе «Чистые перья».

Коллегия выделяет в Декларации и Положении следующие профессионально-этические установки-самообязательства, находя их  существенно важными как в работе журналиста на результат, так для поддержания уважения в обществе к работе журналиста-расследователя и к журналистской профессии в целом:
-  презумпцию добропорядочности всех лиц, чьи имена и поступки журналист делает достоянием гласности;
- стремление избегать обвинений и предпочтение вопросам по поводу ставших известным журналисту фактов;
- убежденность в том выводы расследования  должны быть доказаны ссылками на факты, проверенные журналистом лично (в пределах его возможностей);
- отказ от поддержки журналистских расследований, если они не опираются  на многие и различные источники, в том числе  со стороны лиц, в адрес которых высказываются обвинения;
- признание за лицом, становящимся объектом критики, права на изложение  своей точки зрения;
- готовность журналиста пересмотреть свою точку зрения и принести извинения.

5. Коллегия заявляет, что не может признать публикацию Е. Меркачевой «Никотиновая зависимость власти», подготовка которой велась с грубым нарушением норм и правил журналистской этики, добросовестным журналистским расследованием:  проведенным пусть даже и на нижнем, минимально допустимом уровне профессионального стандарта.

5.1. Коллегия напоминает, что сегодня, когда любой документ или любое свидетельство, найденные в интернете, могут оказаться предварительно отредактированными  или некорректно процитированными, в самой тщательной и именно личной журналистской проверке нуждаются каждый факт, каждое доказательство, каждое личное мнение. Коллегия подчеркивает, что пренебрежение профессиональным правилом добросовестной проверки распространяемой информации ставит под угрозу в ситуациях, подобных рассматриваемой, как минимум три репутации: самого журналиста, СМИ, опубликовавшего его текст, но также и объекта внимания журналиста, человека с конкретным именем, биографией, местом в обществе. Коллегия полагает также, что добросовестной журналистской проверкой могут быть должным образом защищены права гражданина на получение достоверной, ориентирующей, а не вводящей в заблуждение информации.

6. Коллегия обращает особое внимание на то, что сам подход автора публикации к упоминаемым событиям и обстоятельствам, к исследуемому предмету, проявившийся по ходу заседания Коллегии, свидетельствует об очевидно недостаточной профессиональной подготовленности Е. Меркачевой к работе в жанре журналистского расследования; о её склонности к подмене собственно журналистского (расследовательского, исследовательского) подхода «прокурорской» установкой, убежденностью в «презумпции виновности» того, кого журналист публично «назначает» виновным.

Подмена поиска честных ответов на вопросы, помогающие установить факты, представлениями, уже имеющимися у автора  («я знаю», «я не верю», «для меня, как для журналиста, этого достаточно», «у меня это не вызвало никаких сомнений»); перевес сложившегося личного мнения по проблемной ситуации над профессиональной компетентностью; неспособность и неготовность усомниться в как бы лежащем на поверхности в ситуации, когда затронуты достоинство и репутация человека, имя которого журналист предаёт общественному порицанию; склонность следовать заранее сформированной гипотезе и установке там, где от журналиста ожидаются поиск оригинальной информации и перепроверка данных, полученных от других, - всё это элементы подхода предвзятого, заведомо неприемлемого в честной журналистике. По большому счёту, запретного для журналистской профессии и её представителей.

7. Не считая возможным вмешиваться в редакционную политику популярного СМИ, Коллегия, тем не менее, выражает серьезное сомнение в обоснованности приглашения на роль журналиста-расследователя сотрудника, заведомо не готового к хотя бы относительно беспристрастному, именно добросовестному исследованию проблемы табакокурения и его ограничения или запрета. Позиция, выраженная автором публикации при рассмотрении информационного спора (как обнаружилось, курение для Е. Меркачёвой является преступлением, «стоящим в одном ряду с наркоманией или убийством») в сочетанием с представлениями автора о «высшей цели» подготавливаемых публикаций, в немалой степени способствовала, как можно догадаться, созданию ситуации, в которой журналистом для достижения некой «высшей цели» (полный запрет курения) были использованы методы, заведомо не совместимые с представлением о должном и допустимом в журналистской профессии.

8. Коллегия напоминает, что в соответствии с нормой пункта 26 Резолюции Парламентской Ассамблеи Совета Европы  1003 (1993) «О журналистской этике»,  по просьбе заинтересованного лица  средство массовой информации должно исправить, автоматически и незамедлительно, и сопроводить необходимой информацией любое сообщение или мнение, распространенное этим СМИ, которое является неверным или ошибочным. На аналогичные по содержанию действия ориентирует  своих  адресатов  Кодекс профессиональной этики российского журналиста (1994): «убедившись  в том, что он опубликовал  ложный или искаженный материал, журналист обязан исправить свою ошибку, используя  те же полиграфические средства, которые были  применены при публикации материала. При необходимости  он  должен принести извинения  через свой орган печати».

Как выяснилось на заседании, О.А. Беклемищева, в отношении которой была распространена недостоверная и при этом именно диффамационная, порочащая информация,  ожидает извинений от тех, кто такую информацию распространил.

Приводя положения европейского и российского документов, содержащих профессионально одобряемый алгоритм исправления ошибки журналиста и СМИ, допущенной по отношению  к конкретному адресату Коллегия выражает надежду на то, что руководство, редакция «МК» и сама журналист Е. Меркачева найдут возможность цивилизованно и при этом именно профессионально правильно разрешить ситуацию, породившую настоящий информационный спор.

9. Общественная коллегия напоминает обеим сторонам данного спора, что  в силу моральных обязательств, принятых ими при подписании Соглашения о признании профессионально-этической юрисдикции Общественной коллегии, настоящее решение является обязательным для исполнения.

10. Общественная коллегия просит:
редакции журналов «Журналист» и «Информационное право» - опубликовать состоявшееся решение Общественной коллегии;
Факультет журналистики МГУ им. М.В.Ломоносова, а также факультеты журналистики других вузов – обсудить состоявшееся решение Общественной коллегии со студентами, изучающими профессиональную этику;
Общественную палату – опубликовать настоящее решение на своём сайте.

Настоящее решение принято консенсусом  

Председательствующий,
В.Н.Монахов,
кандидат  юридических наук, доцент


В соответствии с пунктом 7.4. Устава Общественной коллегии состоявшееся решение обнародовано 01 февраля 2013 года на сайте  www.presscouncil.ru .
 

Подать жалобу

Укрепление негативных стереотипов, искажение высказываний, изложение несуществующих фактов, сокрытие истинной информации, необоснованное обвинение, публикация за взятку или взятка за непубликацию - жалуйтесь, если ваши права были нарушены, а интересы ущемлены прессой!

«Черная метка» СМИ

В практике Коллегии так называется письменное уведомление СМИ о поступившей жалобе на его материалы

Редакция СМИ вправе не реагировать на данное уведомление, однако ее ответ или участие в заседании демонстрирует высокий уровень профессиональной культуры и повышает градус доверия к нему со стороны общества. Мы ведем список всех СМИ, на которые поступали жалобы, фиксируем наиболее частых нарушителей и тех, кто игнорирует правила и принципы саморегулирования СМИ. Посмотреть список СМИ