Оглавление




РЕШЕНИЕ

«О жалобе Совета Прессы Республики Молдова на программу «Пусть говорят» (Первый канал) и её ведущего Андрея Малахова в связи с выходом в эфир выпуска «Проси прощения!» (24.09.2012 г.)»

 

Москва, 29 января 2013 г. № 83

 

 

На 80-м заседании Общественной коллегии по жалобам на прессу ad hoc коллегия в составе председателя Палаты медиа-аудитории Юрия Казакова (председательствующий), членов Палаты медиа-сообщества Евгения Абова, Леонида Млечина, Бориса Резника, Алексея Симонова, членов Палаты медиа-аудитории Сергея Ениколопова, Георгия Сатарова, Александра Шершукова рассмотрела жалобу Совета Прессы Республики Молдова на программу «Пусть говорят» (Первый канал) и её ведущего Андрея Малахова в связи с выходом в эфир выпуска «Проси прощения!» (24 сентября 2012 г.).

Вопросы процедуры. Заявитель, Совет прессы Республики Молдова, признал профессионально-этическую юрисдикцию Общественной коллегии и в связи с этим принял на себя письменное обязательство не продолжать данный информационный спор в судебном или административном порядке.

Дирекция «Первого канала», редакция программы «Пусть говорят» и её ведущий Андрей Малахов на уведомление Коллегии о начале рассмотрения информационного спора, на просьбу прокомментировать жалобу Совета Прессы Республика Молдова, а равно и на предложение принять участие в рассмотрении информационного спора не ответили и на заседании не присутствовали.

Позиция заявителя. Совет Прессы Республики Молдова 6.12.2012 г. обратился к Коллегии с просьбой «рассмотреть и дать оценку соответствия нормам профессиональной этики журналиста» передачи «Пусть говорят» от 24 сентября 2012 года («Проси прощения!», ведущий – Андрей Малахов; адрес в интернете - http://www.1tv.ru/sprojects_edition/si=5685&d=24.09.2012 .

«В этой передаче рассказывалось о случае, произошедшем в молдавском селе, где 14-летняя девочка и ее друзья избили и подвергли издевательствам другого подростка, снимая свои действия на мобильный телефон и позже выложив данное видео в интернет. Кадры жестокого обращения, унижающего достоинство подростка-жертвы, были детально представлены в передаче, без принятия мер для защиты личности подростка.

Несовершеннолетние участники этой ситуации были приглашены в студию передачи, где они подробно рассказали о случившемся, отвечая на провокационно сформулированные вопросы ведущего, переживая вновь ситуацию, которая отразилась на их психологическом состоянии. Девочка плакала и не хотела выходить в студию, а ведущий вывел ее за руку, заставляя просить прощения. На протяжении передачи, ведущий явно провоцировал подростков на выяснение отношений, тем самым оказывая давление на детей для публичного выражения личных переживаний и выставляя их на общественное порицание».

Заявитель полагает, что передача «Пусть говорят» от 24 сентября 2012 года, как журналистский продукт, «нарушает общепринятые этические нормы, которые требуют от журналистов защищать права несовершеннолетних, в том числе личность детей, вовлеченных в события с негативной коннотацией (несчастные случаи, преступления, конфликты, самоубийства и др.), отказываться в этих случаях от сенсационного подхода в этих случаях и учитывать возможные последствия для детей».

По мнению заявителя, авторы и ведущий передачи:

- нарушили Статью 16 Конвенции о правах ребенка, принятой резолюцией 44/25 Генеральной Ассамблеи ООН от 20 ноября 1989 года, которая предусматривает что «ни один ребенок не может быть объектом произвольного (…) вмешательства в осуществление его права на личную жизнь, (…) или незаконного посягательства на его честь и репутацию»;

- оставили без внимания базовый подход и основные положения документа «Нормы и принципы освещения СМИ вопросов, касающихся детей», разработанного Международной Федерацией Журналистов (МФЖ), согласно которому журналистская деятельность, затрагивающая вопросы жизни и благополучия детей, всегда должна осуществляться с учетом уязвимого положения детей. («Журналисты и организации, работающие в области СМИ, должны избегать использования стереотипов и сенсационной подачи материалов с целью продвижения журналистских сообщений, касающихся детей и тщательно взвешивать все возможные последствия публикации любого материала о детях, сводя возможность риска для них до минимума»);

- проигнорировали требование Кодекса профессиональной этики российского журналиста уважать честь и достоинство людей, которые становятся объектами их профессионального внимания. («Журналист придерживается принципа, что любой человек является невиновным до тех пор, пока судом не будет доказано обратное. В своих сообщениях он воздерживается называть по именам родственников и друзей тех людей, которые были обвинены или осуждены за совершенные ими преступления – за исключением тех случаев, когда это необходимо для объективного изложения вопроса. Он также воздерживается называть по имени жертву преступления и публиковать материалы, ведущие к установлению личности этой жертвы. С особой строгостью данные нормы исполняются, когда журналистское сообщение может затронуть интересы несовершеннолетних».);

- прямо нарушили положения российской Хартии телерадиовещателей, предусматривающей отказ от демонстрации либо описания в телерадиопрограммах чрезмерной жестокости и насилия.

Заявитель напомнил, что злоупотребление доверием собеседника, а также его особо эмоциональным состоянием, не позволяющим адекватно оценивать последствия высказываний, признается действием, несовместимо с нормами цивилизованной журналистики.

Позиция Первого канала по данной жалобе до сведения Коллегии не была доведена ни в какой форме.

Обстоятельства, установленные в ходе заседания Коллегии. Заявитель, Совет Прессы Республики Молдова в лице председателя Совета Людмилы Андроник и секретаря Совета Петру Маковея, принял участие в заседании Коллегии в режиме интернет-связи (скайп).

Уточняя мотивы обращения Совета Прессы к Коллегии, Людмила Андроник определила позицию авторов и ведущего передачи «Проси прощения!», занятую по отношению к основным «героям передачи», как «непристойную» и «недопустимую»: учитывая их возраст («детский и переходный, достаточно опасный»). Отметив, что травмы, получаемые ребенком и подростком на такого рода передачах, могут проявляться не сразу, оставаясь затем с человеком на всю жизнь, и что сами такие передачи могут повлиять на жизнь и судьбу конкретного человека, на его общественное поведение и личную безопасность, г-жа Андроник выразила убеждение в том, что «с такими подростками должны заниматься психологи и педагоги; без их приглашения в такого рода передачах нет никакого смысла». Отвечая на вопрос: что, могло побудить приехать в Москву и участвовать в передаче подростков и их родных из Молдовы, если заранее понятно, какого рода эффект ожидаем на выходе такой программы? - г-н Маковей, отметил: «Мы не можем требовать от подростка или даже от взрослого человека в селе, чтобы он понимал, что такое ток-шоу на Первом канале. Это знают те, кто делает шоу, но не те, которых так или иначе на передачу заманили». Г-жа Андроник, предположив, что здесь сработали и «продюсерская уловка», и убеждение людей в том, что участие в передаче может помочь решению проблем, с которыми они столкнулись, уточнила: «Наверное, подростку, который не знает тонкостей телевидения, захотелось побывать на Первом канале, а в семье не нашлось взрослого, который мог бы оценить вред появления в эфире. Наверное, кто-то искал правду, - девочка, по крайней мере, пыталась давать объяснения, почему такие её действия оправданы. Понимая, что искать правду нужно в другом месте, мы говорим не о тех, кто принимал участие в передаче. Мы стремимся оценить действия журналиста, который обязан руководствоваться профессиональной этикой».

Г-жа Андроник и г-н Маковей уточнили, отвечая на вопрос о последствиях передачи, что, не считали правильным ворошить болезненную историю и не ставили перед собой задачи выяснить, как именно данный выпуск программы, который увидели и в Молдове тоже, повлиял на взаимоотношения или изменение общественных приоритетов в конкретном селе, название которого фигурировало в передаче. «Совету Прессы Республики Молдова приходилось сталкиваться с ситуациями, когда после появления материалов подобного рода местные сообщества навешивали на людей ярлыки, отравлявшие им жизнь».

На вопрос: известны ли им прецеденты рассмотрения советами прессы жалоб на передачи в жанре ток-шоу, заявители сослались на опыт Британской Комиссии по жалобам на прессу (PCC): уточнив сразу же, что, по их убеждению, профессиональная деонтология должна работать вне зависимости от конкретного

жанра. «Мы не можем ориентироваться только на классические формы – репортаж, интервью, новости; такой подход исключил бы целый пласт жанров и форматов современной журналистики, который образовался в последние годы».

Просмотрев непосредственно на заседании выпуск «Проси прощения!» программы «Пусть говорят», члены Коллегии установили, что на протяжении пятидесяти двух минут чистого (за вычетом рекламы) эфирного времени на большие экраны студии программы в Останкино, а с тем и в открытый эфир, полтора десятка раз выводилась – в различных редакциях, т.е. с предварительной монтажной обработкой, - та самая сцена избиения подростка, снятая на мобильный телефон, выкладка которой в сеть обсуждалась в студии в качестве обстоятельства, усугублявшего вину избивших подростка (также подростков).

Члены Коллегии обратили внимание также на то, далее, что в студию выводились и публично обсуждались, оказавшись затем включенными в выпуск программы, записи четырёх интервью, в большинстве - диффамационных по характеру, в том числе - с подростками, взятых до записи передачи непосредственно в селе.

Члены Коллегии убедились в том, что сам выпуск выстроен по обычной для данной программы схеме (обсуждение события, объявляемого заслуживающим серьезного общественного резонанса, с непосредственными участниками события, их родными, близкими и знакомыми, с подключениями т.н. «экспертов» и «модераторов» в зале), сформирован по определенному, заранее выстроенному сценарию, а затем проведен по привычной, отлаженной (при тысячах выпусков программы) технологической цепочке, завершением которой является вывод готового телепродукта в эфир.

Сказанное означает, что в прайм-таймовый эфир Первого канала (19.50 – 21.00 Мск) 24 сентября 2012 г. был выведен не случайный или спонтанный, как это бывает в ситуациях прямого эфира, но подготовленный и отредактированный, предназначенный неопределенному (массовому) адресату «фирменный» телевизионный продукт: выпуск «Проси прощения!» программы «Пусть говорят».

С учетом всего изложенного выше Общественная коллегия приняла следующее

РЕШЕНИЕ

1. Коллегия не считает оправданным, соответствующим представлениям о социально ответственной журналистике и об обязательствах вещателя перед телезрителями уклонение Первого канала от участия в рассмотрении жалоб аудитории на нарушения норм профессиональной этики и правил поведения журналистами данного федерального СМИ вообще - и данной жалобы, в частности.

1.1. Коллегия полагает, что позиция «со всеми жалобами - в суд» обнаруживает себя системной ошибкой, не укрепляющей основ российской телевизионной журналистики и, по сути, дискредитирующей каждого из сотрудников Первого канала. Подход «только через закон», перенесенный в систему взаимоотношений гражданина и журналиста, общества и телепрограммы, теряет формальную корректность и выглядит способом уклонения СМИ, Первого канала, от рассмотрения крайне существенной категории информационных споров, в основе которых лежит профессионально-этическая позиция сотрудников данного вещателя. По мнению Коллегии такой подход прямо противоречит содержащемуся в Хартии телерадиовещателей (Хартия ТРВ, 1999) признанию неразделимости понятий «журналистская этика» и «исполнение профессионального долга».

1.1.2. Коллегия исходит из того, что именно признание приоритета профессионального долженствования побудило медийные организации, подписавшие Хартию ТРВ, принять на себя обязательство «добровольно и неукоснительно» следовать нормам и правилам поведения, составляющим основу Хартии. И что фактический отказ журналистов вещателя-подписанта следовать её нормам, когда за ним не следуют вопросы, возражения или даже служебные санкции руководства, может быть истолкован как негласный пересмотр подхода вещателя и к тому конкретному медиаэтическому документу, подпись под которым означает публично данное вещателем честное слово, и к профессиональному долженствованию как таковому.

1.2. Коллегия находит уклонение Первого канала от участия в рассмотрении жалобы органа медийного саморегулирования Республики Молдова, направленной в адрес российского органа медийного саморегулирования, репутационно рискованным, ставящим под вопрос приверженность данного вещателя современным российским и европейским представлениям об этических стандартах средств массовой информации и об их связи с системами подотчетности СМИ.

Коллегия напоминает в связи со сказанным две конкретные позиции Рекомендации СМ/Rec(2011)7 «О новом понятии СМИ»: «(…)39. Этические принципы, деонтология и стандарты СМИ (и журналистов) являются основой для систем подотчетности СМИ. (…) 40. Системы подотчетности СМИ распространяются на процедуры жалоб и включают наличие органов, в задачу которых входит рассмотрение жалоб и принятие решения о соблюдении профессиональных стандартов. (…)».

1.2.1. Коллегия убеждена, что нельзя признать нормальным положение, при котором популярной телевизионной программе удается игнорировать сам факт существования «норм журналистской этики, диктующих правила самоограничения и устанавливающих грань дозволенного в публичном распространении материалов, способных нанести вред нравственному, физическому и психическому здоровью людей» (Хартия ТРВ). Учитывая, что доверие телезрителей является важнейшим гражданским ресурсом, и что даже и тень сомнения в этической адекватности общенационального вещателя и в его готовности руководствоваться профессиональными стандартами повседневно и без изъятий, без выведения из сферы подотчетности программ, обеспечивающих наиболее высокий рейтинг, репутационно затратна, Коллегия выражает готовность оказать вещателю необходимую поддержку и помощь в освоении настоящего Решения.

2. Признавая актуальность поднятых в обращении Совета Прессы Республики Молдова проблем, Коллегия (единогласным голосованием членов ad hoc коллегии по данному вопросу) признала рассмотрение настоящего информационного спора необходимым и морально оправданным в отсутствие адресата жалобы.

2.1. Коллегия (также единогласным голосованием членов ad hoc коллегии) признала полезным предоставить Заявителю возможность наблюдать за дискуссией и за выработкой настоящего решения во второй части заседания, которая Уставом Коллегии предполагается проводимой «за закрытыми дверями, если не будет принято другое решение».

3. Коллегия поддерживает Заявителя в том, что критерий профессионального долженствования, равно как и нормативные профессионально-этические требования и ориентиры должны распространяться не только на классические жанры журналистики, но и на всю современную линейку жанров и форматов медийной продукции: произведенной в качестве журналистской - или же (при отсутствии специальных разъяснений или предупреждений производителя) принимаемой или способной быть принятой читателями, зрителями, слушателями за результаты труда журналиста.

3.1. Впервые столкнувшись с необходимостью дать оценку программе, относящейся к синтетическому жанру «ток-шоу» и основанной на приёме группового «исследования» острых жизненных ситуаций методами побуждения или понуждения основных участников передачи к публичным свидетельствам, обеспечивающим поддержание эмоционального напряжения в студии до финальных реплик ведущего, Коллегия, должна была ответить прежде всего на вопросы о том, может ли данная программа считаться журналистским продуктом - и может ли работа её ведущего рассматриваться как труд, к которому применимы подходы и требования, относимые к профессиональной деятельности журналиста.

3.1.1. На вопрос о родовой принадлежности программы «Пусть говорят» Коллегия отвечает следующим образом. Представляя собой телевизионный продукт-композит, эта программа, при всей её специфичности, имеет основание быть отнесенной к журналистским, поскольку, во-первых, ориентирована на обсуждение и оценку событий и ситуаций из современной жизни. Во-вторых, активно использует средства из арсенала журналистики, избегая художественного вымысла. И, в-третьих, воспринимается образцом именно телевизионной журналистики основной частью зрителей, обсуждающих и комментирующих в интернете её конкретные выпуски, - включая и выпуск «Проси прощения!».

3.1.2. Определяя основной род занятий ведущего программы «Пусть говорят», выполняющего в студии множество ролей (от условного автора вводной «заметки», описывающей «случай из жизни», вокруг которого будет выстроена часовая «дискуссия», до интервьюера, умеющего разговорить героя или свидетеля; от модератора, обеспечивающего нужное развитие сценарного действия и поддержание студии в нужном эмоциональном состоянии, до «публициста», или даже «морального ригориста», чьи реплики, сентенции, оценочные суждения задают нужный настрой аудитории), Коллегия сочла целесообразным, однако, сформулировать вывод о профессиональной принадлежности ведущего ток-шоу не «по факту», с оглядкой на работу конкретного Андрея Малахова, а шире, системно.

Коллегия принимает в качестве рабочего критерий-ориентир, предложенный Л. Млечиным: «Любой человек, выступающий на телевидении в роли ведущего программы профессионально, т.е. подписывающий соответствующий контракт со СМИ, становится телевизионным журналистом». Эта условно универсальная формула позволяет преодолеть известную неопределенность положения ведущего ток-шоу (любого формата), связанную с работой в пространстве информационно-развлекательного жанра.

Сказанное позволяет в полной мере распространить на ведущего программы «Пусть говорят» Андрея Малахова, представления о профессиональных правах, свободах, но равно и об ответственности и об обязанностях, соответствующие принятым представлениям о профессиональной этике журналиста.

4. Исходя из сказанного, Коллегия безусловно признаёт и за программой «Пусть говорят», и за её ведущим право работать на территориях заведомого высокого морального и профессионально-морального риска: исследуя социальные или даже личностные конфликты средствами и методами, избираемыми самим журналистами, редакторами и медиаменеджерами, привлекая к исследованию аудиторию и экспертов по собственному выбору, выстраивая программу по собственному усмотрению и ориентируясь на результат, соответствующий представлению об искомом, желательном, практически достижимом.

5. В то же время, Коллегия, обращаясь к одной из универсальных формул Резолюции 1003 (1993) «О журналистской этике» (ПАСЕ), напоминает, что «в журналистике цель не оправдывает средства». Что означает: средства, используемые журналистом для достижения даже и самых высоких (в его представлении) целей, не должны вступать в противоречие ни с моральным характером самой цели, ни с достаточно устоявшимися представлениями о профессионально приемлемом и этически недопустимом в журналистике.

6. Проанализировав выпуск «Проси прощения!» программы «Пусть говорят» и обсудив характер и детали описания средствами ток-шоу ситуации, связанной с избиением группой подростков подростка же, обвиненного знакомой (не достигшей на тот момент 14-летнего возраста) в изнасиловании, Коллегия обращает внимание на следующие особенности материала, распространенного в эфире Первого канала 24 сентября 2012 г.

6.1. Программа и её ведущий без сомнения грубо нарушили общепринятые профессионально-этические нормы и правила, обязывающие журналиста защищать права и достоинство несовершеннолетних.

Не имея возможности задать уточняющие вопросы адресату жалобы, Коллегия не может определенно судить о том, проявил ли ведущий отсутствие обязательных, базовых для журналиста знаний и представлений о необходимости соблюдать права и достоинства каждого ребенка в любых обстоятельствах, или же просто проигнорировал необходимость следовать именно профессиональному подходу в работе над выпуском: в том числе, в части интервьюирования детей.

Напоминая о том, что при интервьюировании детей и в материалах о них журналисту настоятельно рекомендуется обращать особое внимание на право каждого ребенка на частную жизнь и конфиденциальность, Коллегия обращает внимание на то, что ведущий, судя по записи выпуска, определенно не соотносил свою практическую работу по публичному «добыванию» свидетельств, рассчитанных на поддержания в студии, а затем и в телеэфире необходимого эмоционального напряжения, с настоятельной рекомендацией избегать вопросов, высказываний и комментариев, подвергающих ребенка опасности или унижению и заставляющих его «заново пережить боль и страдание тяжелых событий».

Запись передачи позволяет судить о том, что ведущий как бы «не замечает» того, что имеет дело с несовершеннолетними, уже тяжело травмированными обстоятельствами, которые он обсуждает публично: обращаясь к подросткам, детям, к родственникам, безусловно задетым ситуацией, но также и к группам людей («эксперты» и «публика»), не имеющих прямого отношения к «героям» передачи, но выступающих по отношению к ним в роли фактора дополнительного психологического, морального, эмоционального давления.

Не повторяя отсылок к документам, приведенным Заявителем, Коллегия полагает необходимым добавить к списку такого рода нормативных или ориентирующих текстов «Принципы ЮНИСЕФ в отношении журналистских репортажей о детях». Этот документ, считающийся классической международно одобренной рекомендацией для журналиста, обсуждающего проблемные темы и ситуации, связанные с детьми и подростками, содержит, в том числе, следующие ключевые положения, очевидно проигнорированные ведущим выпуска «Проси прощения!»:

«Не травмируйте еще больше душу ребёнка; избегайте обобщений и описаний, если они могут иметь для ребёнка негативные последствия – причинить ему физический или психологический вред, подвергнуть его пожизненной дискриминации или неприятию со стороны местных общин и т.д.»;

«Всегда изменяйте имя и принимайте меры по воспрепятствованию визуальной идентификации ребенка, попадающего под одну из следующих категорий:

а) жертва сексуального насилия или эксплуатации,

b) лицо, совершившее физическое или сексуальное насилие,

d) обвиняемый или осужденный за совершенные преступления.

Уточняя, что документ «Принципы ЮНИСЕФ…» содержит также конкретный и очень небольшой перечень ситуаций, когда идентификация личности ребенка («использование его имени и/или узнаваемого изображения») необходима в его интересах, Коллегия напоминает, что документ, на который она ссылается, говорит о необходимости даже и в этой ситуации защитить ребёнка «от вреда и возможных негативных последствий», связанных с такой идентификацией.

Очевидный отказ программы и её ведущего от малейшей попытки защитить ребёнка (и не только подростка, относимого Конвенцией о правах ребенка ООН к категории «дети», но также и ребенка в бытовом российском, не международно-правовом, понимании, учитывая, что ведущий берет интервью, в том числе, у двух

детей десятилетнего возраста) от досужего пригляда и унижения, очевидная неуместность, в том числе, сугубо интимных вопросов, задаваемых ведущим подросткам, не могут быть расценёны иначе, чем эксплуатация «детской» темы в выпуске.

Безусловный антипрофессионализм этой позиции ведущего – «свободной» от каких бы то ни было профессионально-моральных ограничений, циничной в основе, ориентированной на дурной вкус и любопытство «публики», а не на защиту «общественного интереса», - проверяем, поскольку доступен в виде записи передачи, выложенной производителем на сайт Первого канала. И ровно в силу того же обстоятельства – опасен, как фактор, продолжающий существование в пространстве теперь уже гипертекста.

6.1.1. Коллегия обращает внимание на абсолютную недопустимость факта употребления бранной, оскорбительной, унижающей достоинство подростка лексики как самим ведущим («воспитали подонка!»), так и некоторыми участниками передачи («проститутка», «шлюха», «она само кого хочешь изнасилует» и т.д.).

6.2. Коллегия находит крайне опасной концентрацию насилия в выпуске «Проси прощения!». Тот факт, что на протяжении пятидесятиминутной передачи пятнадцать раз в студию, а затем и в эфир выводился ролик с избиением и унижением подростка, снятый избивавшими на мобильный телефон, говорит о попытке создателей программы «инструментализовать» насилие, превратить демонстрацию сцен жестокости и насилия в метод возгонки эмоций аудитории. Подчеркивая то обстоятельство, что «зрителем» при этом каждый раз оказывался уже подвергшийся насилию подросток, и что в числе вовлеченных в просмотр ролика оказались, помимо подростков, двое детей, находившихся в студии, Коллегия делает вывод о том, что авторы и ведущий программы «Пусть говорят» напрямую поработали (независимо от намерений) на снижение порога устойчивости к насилию, на привыкание к насилию у всех, кто присутствовал на записи программы или оказался её зрителем.

6.3. Коллегия обращает внимание ведущего и авторов программы на категорическую недопустимость вмешательства в частную жизнь граждан только на том основании, что все они в силу тех или иных обстоятельств попали в поле зрения команды, занимавшейся подготовкой выпуска «Проси прощения!». Напоминая о нормативном положении «уважение о соблюдение неприкосновенности частной жизни», включенном в Хартию телерадиовещателей, Коллегия напоминает, что под частной жизнью в этой Хартии «понимается личная и семейная жизнь, в том числе, брачные и интимные отношения». Бесцеремонность, с которой программа и её ведущий вторглись в частную жизнь родителей и родственников главных «героев» выпуска, с привлечением к публичному обсуждению её деталей и к вынесению оценок «свидетелей» как в зале, так и в самом селе, свидетельствует о том, что отдельный человек, семья, семья с детьми, родными и неродными, для создателей программы выступают не более, чем средством достижения заданных целей, объектами, но не субъектами направленной коммуникации.

6.4. Коллегия констатирует что характерной и очевидной особенностью выпуска «Проси прощения» является безудержное манипулирование человеком: «героями» программы, участниками передачи, телезрителями в конечном итоге. Как было сказано на заседании коллегии, манипуляция обнаруживается основным методом работы ведущего, при этом все примитивные реакции, которые используют манипуляторы, обнаруживаются в данном выпуске в полном наборе, работа с ними ведётся открыто, кратчайшим путем продвигая программу к заданной цели: возгонке эмоций - и повышению в конечном итоге рейтинга передачи.

Анализ выпуска показал, что ведущий постоянно, зачастую грубо злоупотребляет доверием детей, подростков и сельских жителей, не обладающих необходимыми навыками поведения на телевизионной площадке. Имитируя внимание и стремление лучше понять произошедшее, ведущий пользуется эмоциональным состоянием неподготовленных приглашенных, категорически не принимает в расчет (или, напротив, расчетливо учитывает) их неспособность адекватно оценивать последствия собственных высказываний, злоупотребляет потерей ими самоконтроля, провоцирует их на выражение чувств и мнений, подталкивает к принятию определенных решений - или даже принимает такие решения за них (как это было с выводом основной героини в зал из-за сцены).

Задачи поиска решений обсуждаемых проблем в выпуске не просматривается; у ведущего и его команды просматривается одна сквозная, прикладная задача: манипулирование внутренней аудиторией, студией программы, – и манипулирование с помощью внутренней аудитории, проведенной через сеанс манипулирования, аудиторией внешней. «Тотальное манипулирование», как было сказано при обсуждении сюжета, составляет развращающую, уничтожающую человеческое начало сущность выпуска, ставшего предметом жалобы в Коллегию.

6.5. Коллегия обращает внимание на то, что, манипулируя аудиторией, ведущий программы легко меняет роли: без заметных усилий превращаясь, по мере того, что представляется ему полезным для дела, в следователя, прокурора, судью, а порой и в палача. Оглядываясь на это обстоятельство как на установленную данность, Коллегия подчеркивает: у журналиста, в том числе, у ведущего ток-шоу, конечно же, могут быть или образовываться по ходу развития сюжета симпатии и антипатии. Важно, однако, то, что ни на одну из перечисленных выше ролей профессиональный журналист не просто не претендует, - он считает их запретными для себя, несовместимыми с принятыми именно в журналистике представлениями о профессиональной ответственности и профессиональном долге.

6.6. Коллегия находит, что программа «Пусть говорят» строится на сконструированной драматургии, одной из установок которой является игра на чувствах. При этом одним из ключевых технологических элементов передачи обнаруживается коллективная истерика, а одной из основных задач ведущего - приведение зала в то состояние, которое во многом обеспечивает достижение эффекта «пустьговорения». В значительной мере именно перевозбужденное состояние зала позволяет ведущему успешно довести до финала «исследование», в котором, как проговаривается сам ведущий, «все очевидно обманывают друг друга». Как было сказано при обсуждении выпуска, лгут или говорят правду участники передачи не суть важно, потому, что у выпуска есть сюжет, в который любая ложь легко укладывается.

«Общественное любопытство» при таком подходе безвариантно замещает, вытесняет далеко на периферию «общественный интерес». Как результат - в передаче не остаётся времени и места для сколько-нибудь серьезного обращения к теме подростковой жесткости, ради обсуждения которой, вроде бы, и затевался выпуск. И мимо ведущего, и мимо зала, не вызвав даже и попытки обсудить сказанное, проходит в итоге такой «рецепт» одного из «экспертов» программы, как ужесточение ответственности со снижением возраста «криминализации», фактически - о возможности появления в России 12-летних осужденных по «уголовной» статьи. Никакой реакции зала не вызвали, впрочем, и другие «экспертные» рецепты: «занимать» образованием время и руки, как в армии, «чтобы с утра до вечера чем-то заниматься» или же лучше следить за частной жизнью подростка. Без возражений, в том числе экспертов, остался и основной рецепт (кроме «умения вовремя попросить прощения – и уметь всегда сказать спасибо за сделанное») самого ведущего: вовремя «пороть розгами».

6.7. Коллегия отмечает, что «совет» ведущего: применять физическое наказание к ребенку в семье не был шуткой и прозвучал в выпуске, посвященном подростковому насилию. Коллегия также обращает внимание на то, что никто из т.н. «экспертов», приглашенных для участия в этой передаче, очевидно, не имел представления об упоминавшихся выше рекомендациях, адресованных журналисту, и ограничениях, которые накладываются на журналиста, в работе с подростками.

Но то, чего могут не знать телезритель или даже эксперт, работающий в другой области знаний, обязан знать и не имеет права игнорировать в своей деятельности профессиональный журналист.

Оглядываясь на сказанное выше о методе программы и о технологии смены «ролей» её ведущим, но также и обращая внимание на то, с какой лёгкостью ведущим выпуска «Проси прощения!» были преодолены все мыслимые ограничения в работе с детьми и подростками и с какой простотой им были проигнорированы и упомянутые Заявителем установки ст. 16 Конвенции о правах ребенка (под этим документом ООН стоит и подпись нашей страны), и то конкретное положение Хартии ТРВ, которое содержит самообязательство вещателя отказаться от демонстрации либо описания в телепрограммах чрезмерного насилия и жестокости, Коллегия приходит к следующему выводу.

Тот образец «журналистики», которую предъявляют телезрителю программа «Пусть говорят» и её ведущий Андрей Малахов находится за гранью приемлемого и даже допустимого в профессии. Ни к т.н. «цивилизованной» журналистике, работающей в логике и традиции следования устоявшемуся профессиональному стандарту, ни к современной российской тележурналистике, стремящейся, как сказано в преамбуле Хартии телерадиовещателей «добровольно и неукоснительно следовать» определенным «нормам и правилам поведения в своей профессиональной деятельности», программа «Пусть говорят» не относится, продолжая оставаться, как показывает выпуск «Проси прощения!» в достаточно специфической зоне квазипрофессионального телевизионного дикополья.

Вопросы о том, из каких соображений положение это продолжает сохраняться и как долго оно будет устраивать и руководство Первого канала, и самого «журналиста» Малахова, и миллионы телезрителей, продолжающих воспринимать ведущего программы журналистом, Коллегией могут быть поставлены, но и только. Поиск ответа на этот вопрос очевидно лежит вне компетенции российского органа само- и сорегулирования.

6.8. Отдавая себе отчет в том, что зона «дикополья» программой «Пусть говорят» не ограничивается, что на протяжении многих лет в России достаточно успешно существуют программы, эксплуатирующие определенную категорию социальных тем и/или паразитирующие на любопытстве граждан, на их интересе к частной жизни, в том числе, в её скандальных проявлениях, признавая тот факт, что в российском телевидении сложилась определенная «индустрия рейтинга», обеспечивающая высокую прибыль каналам, поставляющим на рынок продукцию востребованного им рода и свойства, Коллегия считает полезным завершить анализ конкретного выпуска программы следующей констатацией. Не пытаясь разделить программы на «плохие» и «хорошие», работающие «на добро» или же «на зло», Коллегия обращает внимание граждан, но прежде всего профессионального телевизионного сообщества, руководство Первого канала на то, что программа «Пусть говорят» с её описанными выше особенностями, день за днём и на протяжении многих лет задаёт определенный стандарт поведения обществу, в том числе – и об этом решительно нельзя забывать, - подросткам. Стандарт поведения и стиль общения этой, безусловно, важнейшей части российского населения создаётся и по телевизионному образцу, в том числе: даже и в полосе высокой интернетизации страны.

7. Коллегия призывает руководство Первого канала пересмотреть устоявшийся подход к жалобам граждан, касающимся нарушений принципов и норм журналистской этики или затрагивающим права человека в сфере массовой информации.

8. Общественная коллегия просит:

редакции журналов «Журналист» и «Информационное право» - опубликовать состоявшееся решение Общественной коллегии;

Факультет журналистики МГУ им. М.В.Ломоносова, а также факультеты журналистики других вузов – обсудить состоявшееся решение Общественной коллегии со студентами, изучающими профессиональную этику.

Настоящее решение принято консенсусом

Председательствующий,

Ю.В. Казаков

В соответствии с пунктом 7.4. Устава Общественной коллегии состоявшееся решение обнародовано 20 февраля 2013 года на сайте www.presscouncil.ru

 

 

Подать жалобу

Укрепление негативных стереотипов, искажение высказываний, изложение несуществующих фактов, сокрытие истинной информации, необоснованное обвинение, публикация за взятку или взятка за непубликацию - жалуйтесь, если ваши права были нарушены, а интересы ущемлены прессой!

«Черная метка» СМИ

В практике Коллегии так называется письменное уведомление СМИ о поступившей жалобе на его материалы

Редакция СМИ вправе не реагировать на данное уведомление, однако ее ответ или участие в заседании демонстрирует высокий уровень профессиональной культуры и повышает градус доверия к нему со стороны общества. Мы ведем список всех СМИ, на которые поступали жалобы, фиксируем наиболее частых нарушителей и тех, кто игнорирует правила и принципы саморегулирования СМИ. Посмотреть список СМИ