24 Март 2017
Рассмотренные жалобы

Ксения Петроченкова против газеты "Взгляд" - Решение Общественной коллегии

Оглавление

 

РЕШЕНИЕ

«О жалобе К.П. Петроченковой на нарушение профессиональной этики журналистом еженедельника «Саратовский ВЗГЛЯД» Юлией Митрофановой»

 

Москва, 26 января 2011 г.   № 65

 

На 61-м заседании Общественной коллегии по жалобам на прессу ad hoc коллегия в составе председателя Палаты медиа-аудитории Юрия Казакова (председательствующий), члена Палаты медиа-сообщества Бориса Резника, членов Палаты Медиа-аудитории Вадима Зиятдинова, Ольги Кучкиной, Виктора Монахова, Григория Томчина рассмотрела жалобу К.П. Петроченковой на публикации журналиста еженедельника «Саратовский ВЗГЛЯД» Юлии Митрофановой «Цена искусства» (от22.04.2010 г.) м «Музеи продаются, но в меньших масштабах» (от 13.05.2010 г.) 

 

Вопросы процедуры. Заявитель К.П. Петроченкова подписала Соглашение о признании профессионально-этической юрисдикции Общественной коллегии.

 

Еженедельная газета «Саратовский взгляд» (главный редактор Д.В. Воронков) также подписала Соглашение о признании профессионально-этической юрисдикции Общественной коллегии.

 

Общественной коллегией, уведомившей редакцию еженедельника «Саратовский ВЗГЛЯД» о получении жалобы К.П. Петроченковой и о принятии дела к рассмотрению,  было получено исчерпывающее по характеру и объему письмо-пояснение за подписью главного редактора Д.В. Воронкова, содержащее ответы по существу практически на все вопросы, поставленные в обращении заявителя. К письму была приложена объяснительная записка журналиста Ю.Митрофановой на имя главного редактора еженедельника, разъясняющая мотивы, методологию, технологию, профессионально-этическую сторону работы автора над публикациями, вызвавшими к жизни информационный спор.

 

Как заявитель, так и редакция, представляющая интересы своего журналиста, не нашли возможности участвовать в заседании, проводимом в г. Москве. С учетом этого обстоятельства и руководствуясь п.6.3 своего Устава, Общественная коллегия приняла решение о заочном рассмотрении конфликтной ситуации в отсутствие заинтересованных лиц 

 

Позиция заявителя. К.П Петроченкова, администратор отдела музеефикации "Дом П.В.Кузнецова", являющегося структурным подразделением Саратовского государственного художественного музея имени А.Н.Радищева, обратилась в Общественную коллегию с жалобой на профессиональное поведение и конкретные публикации («Цена искусства» от 22.04.2010 г. и «Музеи продаются. Но в меньших масштабах» от 13.05.2010 г.) журналиста еженедельника «Саратовский ВЗГЛЯД» Юлии Митрофановой. 

 

По словам заявителя, в один из апрельских дней 2010 года в Дом-музей П.В.Кузнецова «поступил анонимный телефонный звонок девушки, настаивающей на получении ответов о возможности сфотографироваться в залах Дома-музея П.В.Кузнецова».  

 

Следствием звонка стал следующий фрагмент в публикации Юлии Митрофановой «Цена искусства» (посвященной, как уточнила позднее сама журналист, проблеме «переквалификации» музеев, их «превращения из культурных площадок в своеобразные фото-студии»). «Но, как выяснилось, даже не блещущий интерьерами Дом-музей Павла Кузнецова не преминул заработать на новой свадебной моде. Мемориальный комплекс предлагает молодоженам сделать колоритные снимки в старорусских интерьерах. «Дом ближе к купеческому стилю, – рассказывает сотрудница музея Ксения Петроченкова. – Небольшой, но уютный, красивая деревянная лестница, внутренний дворик. На втором этаже деревянный резной балкончик, в комнате стол с русским самоваром. Во всех комнатах встречаются вещи, принадлежавшие известному художнику…». Стоимость свадебной фотосессии в доме художника с его же вещами – 1,5 тыс. рублей. Вполне демократично, учитывая, что гости беспрепятственно могут прогуляться по двору и даже посетить музей без дополнительной платы. Интересно, что, как и в Радищевском, в доме-музее предлагают молодоженам своего фотографа, который является… научным сотрудником учреждения. При этом снимает он не только на фоне экспонатов, но может запечатлеть всю свадьбу. Конечно, за отдельную плату. Как утверждает сотрудник музея, при таком раскладе можно договориться сделать фотосессию дешевле».  

 

Основные претензии к журналисту, допустившему «вопиющую ложную интерпретацию» полученной информации, заявитель формулирует следующим образом. «В статье прозвучали в виде прямой речи моего авторства грубо искаженные историко-культурные факты, а именно: "Во всех комнатах встречаются вещи, принадлежавшие известному художнику"». И это притом, что «в комнатах нет вещей художника (речь о П.В. Кузнецове, - О.К.), на стенах в момент беседы - живописные полотна здравствующего по сей день саратовского художника. В экспозиции музея в принципе нет вещей художника - работают временные выставки, тем более не могла бы проходить фотосессия "в доме художника с его же вещами" и "в старорусских интерьерах". Как в доме, первоначальной постройки конца 19 века, могли быть "старорусские интерьеры"?! В 1988 году было принято Решение Совета народных депутатов, о сносе жилого дома, и воссоздании дома-музея художника П.В.Кузнецова (1878 г., г. Саратов – 1968  г., г. Москва)». 

 

И далее: «Да, в музее действительно работает научный сотрудник, который увлеченно на протяжении нескольких лет занимается фотографией, особенно свадебной. Скорее фотохудожник, чем просто фотограф. Разве научный сотрудник не может быть художником или музыкантом в свободное от работы в музее время? Талантливый человек, изучивший тонкости фотодела, создающий неповторимый образ свадебной пары, с природным чувством кадра, композиции и перспективы. Вот и посоветовали, именно посоветовали, а не навязали, звонившей девушке (журналистке, как оказалось, в роли будущей невесты), сетующей на отсутствие свадебного фотографа, кандидатуру "научного сотрудника музея", так как уверены - будет красиво и незаурядно. А вопрос о цене съемки "всей свадьбы" решался бы уже вне музея. В итоге получается, что неискушенные журналистскими маскировками работники музея руководствовались лучшими побуждениями, а звучание темы приобрело в прессе диссонирующие тона». 

 

Утверждая, что «ни одной платной свадебной фотосессии в отделе музеефикации "Дом П.В. Кузнецова"  не было», заявитель уточняет: «Вопрос об услуге фотографирования свадеб в Доме Павла Кузнецова ещё только обсуждается и разрабатывается. Нам важно мнение и интерес к этому объекту со стороны молодежи, намеренной провести свадебную фотосъемку».

 

Полагая статьи журналиста «примером прямого нарушения профессиональной этики», заявитель считает неправильным и сам способ получения журналистом информации, касающейся музея. «Почему Юлия Митрофанова не представившись, не предупредив о намерении напечатать статью, проводит сбор информации по телефону, без согласия фактически интервьюируемого лица приводит не соответствующие действительности цитаты с указанием фамилии и имени?»

 

Заявитель обнаруживает в публикациях Ю. Митрофановой пренебрежение интересами читателей, «облегченность» представлений о провинциальных музейных работниках, являющихся «самоотверженными тружениками», - и, наконец, невнимание к судьбе задеваемого человека. «Такие публикации являются дискредитирующими меня как работника музея, что в дальнейшем может крайне неблагоприятно отразиться на моей профессиональной и личной судьбе. (…) Как же легко может журналист манипулировать чужой жизнью, профессиональным статусом». 

 

Позиция редакции газеты «Саратовский ВЗГЛЯД» выражена следующим образом:

Редакция не обязана согласовывать свои редакционные публикации с кем бы то ни было, если эти публикации не являются рекламными текстами. 

 

Претензии к «анонимному звонку девушки» некорректны, поскольку подобный метод получения информации не противоречит закону и широко применяется представителями СМИ. Журналист – такой же представитель общества, как и любой гражданин РФ, поэтому может получать информацию и как гражданин, и как журналист, что гарантируется ему Законом о СМИ. Журналист Юлия Митрофанова, представлялась сотрудникам музея клиентом, желающим воспользоваться услугами учреждения культуры – заказать свадебную фотосессию. Такая форма сбора информации позволила собрать достоверные сведения об услуге.

 

В Саратовский государственный художественный музей имени А.Н. Радищева, в структуру которого входит и музей «Дом П.В. Кузнецова», газетой был направлен и официальный запрос. Ответ директора музея был процитирован в статье. 

 

Соглашаясь с утверждением г-жи Петроченковой о том, что «…работники провинциальных музеев являются самоотверженными тружениками…», редакция все же считает такое представление несколько идеализированным. У издания, которое регулярно и полно освещает культурную жизнь города в целом и деятельность саратовских музеев в частности, уже давно складывается ощущение, что сотрудники провинциальных музеев единственно возможной считают практику публикации исключительно положительных материалов о деятельности учреждений культуры.

 

Много делая для привлечения публики в музейные залы, газета, вместе с тем, готова мириться не со всем, что происходит в стенах саратовских музеев. «Редакционный коллектив «Саратовского Взгляда» уверен, что свадебные фото-сессии в музейных интерьерах – не то направление, в котором следует развиваться провинциальному музейному делу. Мы собираемся настаивать на своей позиции, и не считаем ее “прямым нарушением профессиональной журналистской этики”». 

 

Редакция согласна, что в статье была искажена информация, касающаяся истории музея и его экспонатов. Чтобы исправить эту ошибку молодого автора, издание готово опубликовать поправку.  

 

Утверждение о том, что публикация является «дискредитирующей» заявителя и может «крайне неблагоприятно» отразиться на ее «профессиональной и личной судьбе», редакция считает преувеличением. 

 

Что касается научного сотрудника, который «увлеченно занимается фотографией, особенно свадебной»:  редакция не усмотрела противоречия между утверждениями заявителя и информацией, вошедшей в статью. То, что сотрудник музея увлеченно занимается фотографией, никак не отрицает того факта, что фото, сделанные им, предлагаются в музее по более низкой цене. 

 

Редакция полагает, что журналист Митрофанова провела добросовестное исследование, - именно следуя нормам профессиональной этики.

 

Редакция уточняет: при подготовке к написанию статьи, посвященной «фотосессиям» в музеях, корреспондент газеты обращалась с официальным запросом к директору Саратовского государственного музея имени А.Н. Радищева, в министерство культуры Саратовской области, в государственный музей Эрмитаж, в музеи Франции и Германии, где также с готовностью ответили на вопросы саратовского журналиста. Ответы и комментарии нашли место в рассматриваемых публикациях Юлии Митрофановой. 

 

Позиция Юлии Митрофановой, выраженная в записке  на имя главного редактора «Саратовского ВЗГЛЯДА» Д.В. Воронкова, позволяет уточнить несколько деталей и обстоятельств, значимых для оценки образа и характера действий журналиста при подготовке материалов, ставших предметом информационного спора.

Журналист полагает метод сбора информации «от лица рядового гражданина» особой профессиональной технологией, проверяющей реальное качество доступа информации именно к «рядовому горожанину», в данном случае, саратовцу. По мнению журналиста,  этот метод позволяет, в том числе, получать информацию «без купюр» и «без официоза».

 

Точно таким же образом (обращением не от газеты, а от лица «рядового горожанина») автором статей была получена «профильная» информация с комментариями из Эрмитажа, Лувра, Версальского дворца и Британского музея. 

 

Все факты, опубликованные в статьях, подкреплены как диктофонными записями, так и записями в блокноте журналиста. 

 

За все время сбора материала к статьям, журналист и разу не услышала от музейных работников просьбы о неразглашении предоставляемой ими информации. 

 

С учетом всего изложенного выше Общественная коллегия приняла следующее решение.

 

                                                 РЕШЕНИЕ

 

1. Общественная коллегия свидетельствует уважение журналисту Юлии  Митрофановой и редакции еженедельника «Саратовский ВЗГЛЯД», продемонстрировавшим очевидно не рядовой по сложности, высокий по профессиональной себестоимости, в известном смысле - эталонный подход к сбору материала для публикаций, формирующих конкретный пункт «повестки дня» в культуре городского масштаба, - каким этот пункт видит редакция конкретного еженедельника.  

 

Ситуация, когда для написания небольшой серии статей корреспондент городской газеты не только опрашивает широкий круг экспертов в самом Саратове, обращается с запросами в местные музеи и в областное министерство культуры, но и направляет специальные запросы в крупнейшие музеи мира, безусловно, не относится к рядовым и повторяемым. Эта ситуация определенно заслуживает интереса и внимания, как минимум, той части российских СМИ и журналистов, которые не готовы согласиться с тезисом о «ленивости и нелюбопытности» нынешней российской журналистики.

 

2. Общественная коллегия безусловно разделяет точку зрения журналиста Юлии Митрофановой и редакции газеты «Саратовский ВЗГЛЯД» на то, что система сбора информации в музеях, которая была выбрана журналистом, полностью соответствует как Закону РФ «О средствах массовой информации», так и принятым в профессии представлениям о профессионально-этических нормах и правилах профессионального поведения журналиста. 

 

Мотивация, связанная с «обходом» официоза или с проверкой характера реального доступа граждан к информации о положении дел в музеях, является  интересной, заслуживающей внимания, но при этом принимаемой к сведению, дополнительной. 

 

Как полагает Общественная коллегия, сбор информации, которая интересовала корреспондента и газету в рассматриваемом случае, определенно не требовал обязательной самоидентификации журналиста ни с конкретным изданием, ни с принадлежностью к профессии как таковой.

 

Тот факт, что чистота внутригородского эксперимента была подкреплена и перепроверена технологией «гражданского» же запроса информации в Эрмитаже и в европейских музеях первой величины, говорит о том, что журналист, предпринимая  усилия по поиску информации, полезной читателю, оглядывалась не только на букву, но и на «дух» норм и правил, составляющих основу профессиональной этики современного журналиста.

 

3. Тем более досадным, по мнению Коллегии, является то  очевидно недопустимое отступление журналиста от упомянутых буквы и «духа» профессии, которое было с полным основанием прочтено заявителем как «нарушение профессионально-этической нормы». 

 

Режим заочного заседания не позволил членам Общественной коллегии задать вопросы автору материалов, установить, каким образом, в силу каких причин оказалась возможной – при высоком качестве общего подхода журналиста к созданию материала - фактическая фальсификация ею части информации, предложенной читателю. Приписывание конкретному, называемому по имени музейному работнику не произносившихся им слов; искажение «историко-культурных фактов», обнаруженное заявителем, -  безусловно, грубая профессиональная ошибка. 

 

Общественная коллегия признает право журналиста (тем более – молодого журналиста)  на ошибку: настаивая на том, что право это не может рассматриваться индульгенцией, в том числе и возрастной, и что само это признание не должно снижать уровень профессионального самоконтроля. 

 

Общественная коллегия надеется, что урок опасного отступления от следования тому высокому профессиональному стандарту, который был добровольно избран для себя молодым журналистом, будет рассмотрен, освоен и усвоен и самой Ю. Митрофановой, и ее коллегами по редакции.

 

4. С пониманием относясь к готовности редакции исправить ошибку своего журналиста публикацией поправки, Общественная коллегия выражает удивление по поводу того, что этот простейший способ минимизации вреда, нанесенного редакционной ошибкой читателям, не был реализован главным редактором еженедельника тотчас по выявлению самой ошибки. 

 

Общественная коллегия надеется также, что редакция найдет способ – вне зависимости от того, насколько прав заявитель в своей оценке вреда, причиненного лично ему, - выразить свое отношение к самому факту нанесения урона профессиональной репутации и доброму имени К.П. Петроченковой. Учитывая, что речь в статье идет о якобы сказанном конкретным сотрудником музея, о прошедшем на полосу и в читательскую аудиторию под ее именем, сам факт серьезного задевания профессиональных имени и репутации заявителя представляется неоспоримым.  

 

5. Сказанное выше о публикациях, «формирующих конкретный пункт «повестки дня» в культуре городского масштаба, - каким этот пункт видит редакция конкретного еженедельника», предполагает необходимость специального разъяснения, адресованного как редакции в целом, так и, прежде всего, главному редактору еженедельника, в письме которого к Общественной коллегии выражается уверенность в том, что «свадебные фото-сессии в музейных интерьерах  - не то направление, в котором следует развиваться провинциальному музейному делу». («Мы настаиваем на своей  позиции, и не считаем ее «прямым нарушением профессиональной журналистской этики».) 

 

Общественная коллегия напоминает, что средство массовой информации, реализуя свое право быть полезным и интересным читателям, занимать определенную гражданскую позицию, обязано критично, осторожно относиться к проявлениям собственной властности, к претензии на управление или же соуправление такими специальными областями, как культура и образование.  

 

Именно потому, что речь идет о возможных ошибках прочтения  современных норм профессиональной этики журналиста и медиаэтики, Общественная коллегия считает уместным процитировать следующие положения раздела «Предназначение журналистики и ее деятельность с точки зрения этики» Резолюции 1003 (1993) по журналистской этике, принятой Сорок четвертой сессией ПАСЕ: 

   «Было бы неправильным, исходя из важности информации, делать вывод о том, что СМИ в действительности отражают общественное мнение или что они должны взять  на себя некоторые специфические функции государственной власти или общественных институтов  образовательного или культурного характера, таких, как школы. 

   Это могло бы привести к превращению СМИ в своего рода власть или антивласть («медиакратия»), тем более, если они не будут  представлять граждан и подчиняться такому же демократическому контролю, как государственная власть, и не будут обладать специальными знаниями соответствующих учреждений культуры и образования». 

 

6. Общественная коллегия полагает, что попытка выстроить параллель между музеем «Дом В.П. Кузнецова», с одной стороны, и Лувром или Эрмитажем, с другой,  не может быть признана действительно корректной, если говорить о способах и методах привлечения людей на эти культурные территории, а равно и о формировании относительно устойчивого софинансирования деятельности такого рода музеев усилиями самих  граждан.  Члены Общественной коллегии готовы поделиться с редакцией «Саратовского ВЗГЛЯДА» личным опытом наблюдения за жизнью маленьких музеев (как в России, так и за рубежом), но полагают, что это лучше и точнее сделают читатели самой этой газеты. Возможно, привлечение к обсуждениям такого рода самих музейных работников снимет, в том числе, и вопрос о целесообразности проведения «фотосессий» в саратовских музеях: в пользу расширения интереса к ним горожан – и не в ущерб доверию читателей к газете.    

 

7. Общественная коллегия просит:

   редакции журналов «Журналист» и «Информационное право» - опубликовать состоявшееся решение Общественной коллегии;

   Факультет журналистики МГУ им. М.В.Ломоносова, а также факультеты журналистики других вузов – обсудить состоявшееся решение Общественной коллегии со студентами, изучающими профессиональную этику; 

   Комиссию Общественной палаты Российской Федерации по коммуникациям, информационной политике и свободе слова в средствах массовой информации – принять к сведению состоявшееся решение Общественной коллегии.

 

Настоящее решение принято консенсусом.   

 

Председательствующий, 

Ю.В. Казаков 

 

В соответствии с пунктом 7.4. Устава Общественной коллегии состоявшееся решение обнародовано 16 февраля на сайте www.presscouncil.ru .

Укрепление негативных стереотипов, искажение высказываний, изложение несуществующих фактов, сокрытие истинной информации, необоснованное обвинение, публикация за взятку или взятка за непубликацию - жалуйтесь, если ваши права были нарушены, а интересы ущемлены прессой!

Подать жалобу