21.08.2017 21:41
Рассмотренные жалобы

Жалоба на "Вести" с Максимом Киселевым телеканала "России 24" - Решение Коллегии

Оглавление




РЕШЕНИЕ

«О жалобах Зиберт С.А. (коллективная, одиннадцать подписей) и  Москаленко И.Н. в связи с выходом в эфир телеканала «Россия-24» сюжета о бездомных собаках и возможных способах решения этой проблемы. (Дата публикации – 28.02.2017 г., программа «Вести в 23.00 с Максимом Киселёвым». Адрес материала в сети интернет: http://www.vesti.ru/videos/show/vid/708629/cid/3261/#)»


г. Москва, 26 апреля 2017 г.             № 163


На 162-м заседании Общественной коллегии по жалобам на прессу ad hoc коллегия в составе Юрия Казакова (председательствующий, заместитель председателя Палаты медиааудитории), членов Палаты медиасообщества Мананы Асламазян, Александра Копейки, Виктора Юкечева, членов Палаты медиааудитории Татьяны Андреевой, Марии Каннабих, прот. Александра Макарова рассмотрела  обращения Зиберт С.А., Акчуриной А.С., Демидюка Д.В., Затонской А.С., Захарова А.В., Кирилловой К.А., Крикуновой М.С., Левиной Н.М., Мядина С.А., Перфильевой Н.А. (коллективная жалоба), а также обращение Москаленко И.Н. в связи с выходом в эфир телеканала «Россия-24» сюжета о бездомных собаках и о возможных способах решения этой проблемы. (Дата публикации – 28.02.2017 г., программа «Вести в 23.00 с Максимом Киселёвым». Адрес материала в сети интернет: http://www.vesti.ru/videos/show/vid/708629/cid/3261/#)»

Вопросы процедуры. Заявители, Зиберт С.А., Акчурина А.С., Демидюк Д.В., Затонская А.С., Захаров А.В., Кириллова К.А., Крикунова М.С., Левина Н.М., Мядин С.А., Перфильева Н.А., а также Москаленко И.Н., подписали Соглашение о признании профессионально-этической юрисдикции Общественной коллегии по жалобам на прессу, приняв на себя тем самым обязательство не использовать решение Общественной коллегии по данному информационному спору для его продолжения в судебном, ином правовом или административном порядке.

Адресат жалобы, главная редакция СМИ «Российский информационный канал “Россия-24”» на информационное письмо Коллегии не ответила.

Позиция заявителей, подписавших коллективную жалобу, была изложена следующим образом. «28 февраля 2017 года авторы программы «Вести» телеканала Россия 24, вышедшей в эфир в 23:45, наряду с иными средствами массовой информации, приняли участие в кампании по оказанию давления на органы государственной власти, работающие над подготовкой законопроекта «Об ответственном обращении с животными».

С целью дискредитации гуманной концепции обращения с бездомными животными, положенной в основу готовящегося законопроекта, на протяжении 15 минут авторы программы, беззастенчиво нарушая нормы морали и журналисткой этики, убеждают телезрителей в необходимости убийства бездомных собак, которые якобы представляют серьезную опасность для людей.

Программа начинается с того, что ведущий Максим Киселев рассказывает о чудовищных расправах над собаками в Дагестане, начавшихся после смерти маленькой девочки в результате нападения стаи собак. Однако при этом не упоминает, что причины смерти ребенка на дату выхода программы в эфир не были установлены.

На словах не одобряя происходящее, и называя расправы над животными находящимися «за гранью допустимого», телеведущий тем не менее утверждает, что «охота на людей, которую открыли бездомные собаки», тоже находится за гранью допустимого. Особенно часто, утверждает Киселев, собаки убивают детей. При этом никаких статистических данных об убитых собаками детях аудитории не предоставляется.
Максим Киселев упоминает недавний случай гибели 80-летней женщины в Москве от нападения собак, широко освещавшийся прессой. Тележурналист не мог не знать, что пожилая женщина стала жертвой охранных собак на территории одного из предприятий.

Далее он говорит о том, что «сотни собачьих стай терроризируют города» и приводит пример Москвы, где, согласно оценкам несуществующих специалистов «по улицам бродит около 100 тысяч бездомных собак».
Согласно данным мониторинга численности безнадзорных собак, популяция безнадзорных собак в Москве в 2007 году составляла около 30 тысяч особей, в настоящее время на улицах Москвы обитает всего несколько тысяч животных. Эти данные имеются в открытом доступе.

Но реальные данные телеведущего не интересуют. Он не останавливается и продолжает вводить телезрителей в заблуждение, утверждая, что «в Подмосковье за последний год зарегистрировано не менее 25 тысяч случаев нападений собак на людей». (…) При этом авторы, выполняя свою задачу по формированию у зрителей негативного отношения именно к бездомным собакам, не упоминают о том, что в подавляющем большинстве случаев на людей нападают именно домашние, а не бездомные собаки, которые обычно боятся человека.
Чтобы окончательно убедить телезрителей в необходимости умерщвлять собак, в передаче рассказывается об опыте других стран, где бездомных животных убивают в приютах, отстреливают, травят и продают на мясо. При этом не упоминается ни опыт пожизненного содержания животных в приютах, ни метод стерилизации и возвращения животных в среду обитания, широко распространенные и успешно практикуемые во многих европейских странах.

Принятия закона об «Ответственном обращении с животными» с нетерпением ждет большое количество граждан, которые не могут оставаться равнодушными к ситуации массовой жестокости, которая сложилась в нашей стране в сфере обращения с животными. В первую очередь от жестокого обращения страдают бездомные домашние животные.

Грубо искажая факты, распространяя вымышленные данные, умышленно формируя у населения негативное отношение к позиции Президента и органов законодательной и исполнительной власти о необходимости гуманизации законодательства об обращении с животными, Максим Киселев и другие авторы программы не только нарушают нормы закона и журналистской этики, но и подрывают доверие граждан к средствам массовой информации, дискредитируют профессию журналиста».

Позиция заявителя Москаленко  И.Н. получила следующее выражение: «28 февраля 2017 г. в программе Вести в 23.00 с Максимом Киселевым в который раз обсуждалась тема бездомных собак и мер решения данной проблемы. С первых минут просмотра становится ясно, что данный материал, имеющий своей целью пропаганду убийства бездомных собак, скорее всего, носит заказной характер. Данный вывод напрашивается по вполне объективным причинам, а именно: В течение 15 минут (с 27 по 43 минуты передачи) зрители настойчиво вводятся в заблуждение недостоверной и односторонней информацией. Телеведущий заявил, что «собаки объявили настоящую охоту на людей». Какие причины побудили данного господина делать такие выводы? Дважды в течение эфира Максим Киселев утверждает, что по Москве бегает сто тысяч бездомных собак, что примерно в 30-50 раз больше, чем на самом деле. Не совсем понятно, почему он так убедительно использует непроверенную информацию? Зрители ставятся перед ложным выбором: что делать, пойти путем Дагестана, т.е. объявить беззащитным животным войну на уничтожение или искать иные способы. В качестве единственного иного способа предлагается уничтожение животных, при этом никакие иные точки зрения на решение проблемы даже не рассматриваются. В передаче упоминается известный случай гибели пожилой женщины от охранных собак, но ведущий почему-то утверждает, что это были бездомные собаки. (…) Чтобы окончательно убедить телезрителей в необходимости уничтожения животных, зрителям рассказывают о том, как с бродячими собаками борются в других странах: травят все желающие, вылавливают и продают на мясо, убивают всех лишних. По какой-то причине не рассматриваются гуманные методы борьбы с бездомностью животных, принятые во многих странах. Метод стерилизации и возврата животных в среду обитания, который планируется взять за основу российскими законодателями, называется неэффективным - со ссылкой на то, что другие страны от него отказываются. И вообще, повторяет Киселев за живодерами-догхантерами, «зубы и когти у собак никуда не деваются». Таким образом, программа носит недостоверный характер и явно направлена на продвижение в обществе одобрительного отношения к убийству бездомных животных, а также на формирование негативного отношения к людям, занимающимся защитой животных».

Позиция адресата жалобы, главной редакции СМИ «Российский информационный канал “Россия-24”»АО «Телекомпания НТВ», до Коллегии доведена не была.

Обстоятельства, установленные в ходе заседания Коллегии.

Заявитель Светлана Зиберт, представлявшая на заседании заявителей, подписавших коллективную жалобу, отметила, что данный сюжет для неё лично начинается с фразы «собаки открыли охоту на людей» - и с чудовищной цифры, приведённой именно журналистом: со «ста тысяч» собак, которые бродят по Москве. Говоря об одном из основных дефектов подхода, заложенного в комбинированный, с включением трёх интервью в студии, сюжет новостной программы известного государственного телеканала, заявитель заметила: «Онищенко приводит другую цифру, но ведь и он тоже не занимается обсуждаемой проблемой». Разъясняя Коллегии суть базовой фактологической ошибки, введённой в сюжет его автором, С.А. Зиберт  уточнила: «По  данным мониторинга, в Москве всего примерно 30.000 бездомных собак. Но это – не число собак на улицах Москвы. Нынешняя популяция образовалась до того, как у нас была создана система приютов. На сегодняшний день, по данным компании «Доринвест», которая ведёт базу данных собак, находящихся в приютах, всего в муниципальных приютах (а у нас их 13)  содержится около 17.000 животных. Специфика Москвы -  её Кольцевая автодорога, представляющая собой препятствие для миграции животных. Связанная и с этим обстоятельством тоже особенность положения дел с бродячими собаками в Москве: система ОСВВ (отлов, стерилизация, вакцинация, выпуск в природную среду) в городе сработала. Департамент ЖКХ говорит, что на улицах у нас сегодня 2.000 бездомных животных на улицах. Наша оценка выше: до 5.000, но не больше. В Новой Москве проблема, как в области, но в Москве проблемы практически нет».

«Не знаю, что побудило Максима Киселёва говорить то, что он говорит, но сказанное им повторяет  риторику именно догхантерских сайтов. Утверждения о том, что собак много, собак всё больше, что они терроризируют москвичей – это передёргивание фактов и распространение оценок и представлений не экспертов, но именно догхантеров.

«Центр правовой зоозащиты», на который в передаче ссылаются как на носителя экспертной оценки, это ликвидированная по решению суда в 2015 году АНО, состоящая из трёх учредителей - пропагандистов убийства собак. Аргументы этих «экспертов» как раз и приводятся в сюжете Максима Киселёва.

А что в этом сюжете рассказывают о том, как регулируют численность собак в Европе? Нам  ни слова не говорят о приютах пожизненного содержания животных, например, которые есть в Германии, где запрещено усыплять животных. И в Италии запрещено усыплять. В Европе усыпление уже практически не практикуется.   А нам рассказывают, как о нормальной практике, о ситуации, когда животное могут отравить все желающие.
Нам предлагают дилемму: убивать – или оставлять в живых? Да ведь давно не стоит перед обществом такой проблемы.

У нас, в России,  есть Гражданский кодекс, который  прямо запрещает убивать животных. У нас есть норма, согласно которой  человек, который задержал безнадзорное животное (возможно, убежавшее домашнее),  распорядиться им, как имуществом, может только через полгода передержки. Эта норма повсеместно нарушается, на неё закрывают глаза, но норма-то есть.

В материале сказано: «Некоторые предлагают норму ОСВВ, но специалисты говорят, что это не эффективно». Кто говорит, какие именно специалисты «не рекомендуют» следовать методу, рекомендованному ВОЗ? И что такое «не эффективно» - в виде вывода, но без каких либо цифр? У нас метод доказал эффективность в Вологде, Нижнем Новгороде, Петербурге.

Авторами сюжета дискредитируется гуманный подход. В сюжете не говорится: а давайте создадим приюты. В нём вообще нет призыва относиться к домашним животным гуманно. Животные представляются монстрами,  которых нужно уничтожать. Нам ни разу не сказали: а давайте «разведенцев», выбрасывающих животных на улицу, как-то прижмём; а давайте разберём помойки, - нет: давайте убивать! И это совершенно чудовищно».
Отвечая на вопросы членов Коллегии, Ольга Алькор, профильный эксперт, представитель стороны заявителя, подчеркнула: отличие сюжета Максима Киселёва от ряда других ( едва ли не приглашающих людей к выходу  на улицы с палками: выходите, собаки детей едят!), состоит в аудитории, на которую он рассчитан. Его задача – повлиять через приглашённых экспертов на тех, кто не выйдет на улицы, но начнёт писать законодателям: нам не нужна программа ОСВВ, принимайте какие-то другие решения…

На вопрос: есть ли у журналиста право обращаться к экспертам, придерживающимся различных точек зрения, или все они должны иметь тот же взгляд на проблему, что и зоозащитники? - Светлана Зиберт дала такой ответ: «Конечно, журналист может обращаться к различным экспертам. Но в данном сюжете превалировала позиция: убивать надёжнее». «Конечно, в рамках таких программ можно организовать и реальную дискуссию. Но здесь её нет, здесь идёт дискредитация конкретной точки зрения, конкретного подхода. Сам подход обозначили, но не стали рассматривать всерьёз». «Это проблема не только данного телеканала: журналист приглашает эксперта, но не специалиста по обсуждаемому вопросу».

Как подчеркнула Ольга Алькор, проблема обсуждения темы защиты   бездомных животных на разных телеканалах - однобокость. «У нас нет передач, где в разговоре принимал бы участие зоозащитник, а не человек, приглашаемый на роль эксперта без достаточных к тому оснований. Тот же г-н Онищенко с проблемой бродячих собак вообще никак не связан. Обычная для наших каналов практика: нас зовут, просят что-то рассказать. Мы что-то объясняем. А затем зовут в эфир людей совсем других - и всё перекручивают».
Ответ Светланы Зиберт на предложение оценить поведение журналиста, включившего в один сюжет три интервью с известными людьми: «Он явно был на стороне сторонников убийств животных. Главным был сам подход к убийству как к нормальному разрешению проблемы. Это именно так, коли не было сказано: убийство животных – преступление, нарушение закона.

На предположение о том, что журналист стремился дать обзор различных точек зрения (ведь и оценку численности собак на улицах Москвы - «под сто тысяч» - он приводил не от себя, не как ту, которую он разделяет), Светлана Зиберт отреагировала следующим образом: «Журналист обязан соблюдать профессиональную этику и не называть «экспертами» не экспертов. Представляя определенную оценку, он мог бы сказать: «по слухам» или «по мнению догхантеров». А прозвучало – «по мнению некоторых экспертов». Это уловка, потому, что цифры эти – именно на сайтах догхантеров.   

Ведущий вспоминает о страшном случае, когда собаки загрызли восьмидесятилетнюю бабушку. Поскольку это было в Москве, мы все знаем, что это были охранные собаки. Но это-то обстоятельство умалчивается. Почему? Потому, что есть задача: создать впечатление, что людей убивают бездомные собаки».

Ответ Ольги Алькор на вопрос: отвечает ли сегодняшнее российское законодательство задаче защиты животных? – «Нет. Есть гражданский кодекс, есть ветеринарные правила, есть приказы Россельхознадзора, есть приказы эпидемиологов, где умерщвление безнадзорных животных категорически запрещено. Даже если мы говорим о бешенстве: чтобы диагностировать у собаки или кошки бешенство, животное должно быть изолировано на 10-дневный карантин. Оно должно пасть само; тогда результат исследования считается чистым. В противном случае исследование по вскрытию пролонгируется ещё на месяц. Но наказание за умерщвление безнадзорных животных (которое идёт повсеместно как регулирование численности) минимально, это административные штрафы. Ветеринарные штрафы можно уплатить со своей зарплаты».

Ответ на тот же вопрос Светланы Зиберт: «Нет, эта сфера не урегулирована. На сегодняшний день законодательство животных не защищает вообще. Гражданский кодексе, в котором есть упоминание о гуманности (и только) отсылает нас к специальному законодательству, которого до сих пор нет. Что касается ветеринарных норм, то к животным они не относятся вообще; эти нормы относятся к защите человека от общих болезней животных и человека».

На вопрос: есть ли у заявителей конкретные предложения по изменению законодательства, Светлана Зиберт ответила так.  «На сегодняшний день есть три версии законопроекта «Об ответственном обращении с животными»: думский проект, правительственный проект  - и проект сенаторов, который представляет собой переработанный правительственный проект. Я участвовала в подготовке третьего. Да, у нас есть предложения, основанные не на фанатичной преданности собакам, а на разумном балансе прав животных и человека».

 С учетом всего изложенного выше Общественная коллегия приняла следующее решение.

РЕШЕНИЕ

1. Коллегия не считает профессионально оправданным, соответствующим букве и духу Хартии телерадиовещателей отказ руководства главной редакции СМИ «Российский информационный канал “Россия-24”» от сотрудничества с российским органом само- и сорегулирования в сфере массовой информации в рассмотрении настоящего информационного спора.

2. Коллегия признаёт актуальность рассмотренной в сюжете Максима Киселёва темы бездомных собак, находит оправданным обращение журналиста к экспертам при обсуждении проблемы, представляющей безусловный общественный интерес, тесно связанной с безопасностью человека.

3. Коллегия подтверждает свою безусловную приверженность свободе выражения личного мнения журналистом и не сомневается в его праве освещать общественно значимую тему тем образом и теми способами, которые представляются ему правильными, соответствующими представлениям о профессионально должном.

3.1. Коллегия напоминает, однако о том, что осуществление свободы выражения своего мнения журналистом налагает на него «обязанности и ответственность» также и в той области, которая именуется профессиональной этикой журналиста.

4. Коллегия напоминает как самому автору сюжета, так и Главной редакции, подготовившей и выпустившей в эфир оспоренный заявителями текст, что раздел «Достоверность информации» Хартии телерадиовещателей содержит в качестве обязательств, распространяемых одновременно и на автора текста, и на вещателя,  проведение четких различий между сообщениями о фактах, комментариями и предположениями во избежание их отождествления - и публикацию информации, полученной только из надёжных источников: с необходимостью делать соответствующие оговорки в случае возникновения сомнений в её достоверности.

4.1. Что касается достоверности информации, Коллегия, соглашаясь в этом с заявителями, считает серьёзным нарушением профессиональной этики журналиста в оспоренном сюжете:
- использование непроверенной информации, приобретающей характер  опасного социального фейка («по улицам столицы сейчас бродит, по разным оценкам, до ста тысяч бездомных собак»);
- использование в качестве источника информации, носящей заведомо провокативный, возбуждающий характер сведений, полученных от организации, закрытой по решению суда и пользующейся определенной общественной репутацией («по данным Центра правовой зоозащиты…»);
- сокрытие при упоминании факта конкретной трагедии информации, существенно значимой для формирования у аудитории адекватного преставления об её обстоятельствах (не упоминание о том, что пожилая женщина в Москве в феврале 2017 года стала жертвой не бездомных, а охранных собак).

5. Коллегия разделяет представления заявителя о том, что сюжет, включивший в себя три интервью, фактически не позволил аудитории получить представление о достоинствах и недостатках метода ОСВВ (отлов, стерилизация, вакцинация, выпуск в среду). Этот рекомендованный ВОЗ метод  очевидно не принимается журналистом: человеком, формирующим «образ врага» как элемент мироощущения гражданина и часть принимаемой им в качестве актуальной «повестки дня», - в том числе, для органов власти.

5.1. Обращая внимание на пристрастность, тенденциозность автора сюжета, выступавшего в роли интервьюера, т.е. на очевидное отклонение им от журналистского стандарта новостной журналистики (журналистики факта), Коллегия не находит профессионального оправдания тому обстоятельству, что журналист с выраженными, устойчивыми профессиональными навыками обнаруживается в созданном им материале носителем антигуманной морали, выстраивая в эфире общенационального телеканала такие «моральные дилеммы», которые в цивилизованном обществе не могут определяться иначе, чем ложные.

Коллегия обращает внимание на то. что вводную часть своего сюжета М. Киселёв начинает периодом, который может прочитываться как несогласие с массовым убийством собак в Дагестане. «По  данным махачкалинских правозащитников, за восемь дней кровавых расправ забиты палками и камнями, расстреляны в упор тысячи животных. Убивают без жалости, и не только бездомных: всех, кто попадётся под руку. Жутко, но это из темы «жестокое обращение в животными» - со своей статьёй в Уголовном кодексе». (Фоном этого текста идут трупы собак; движение камеры по телам кажется бесконечным за их плотностью, непрерывностью). Из одной, гуманистической и правовой, позиции в другу ведущий переходит одним замечательным предложением: «Но за дискуссией о моральной стороне вопроса нельзя забывать, откуда ноги растут». И далее: «Да, расправы над собаками – за гранью допустимого. Но за той же гранью – охота на людей».

«Война миров», людей с собаками, но и собак с людьми, сконструированная автором сюжета уже во вводной его части, заставляет Коллегию отнести сам сюжет к не журналистским, а  пропагандистским в основе. Коллегия обнаруживает, что нагнетание страха, игра на нервах, формирование чувства психологического дискомфорта становятся лейтмотивом сюжета, его связующими звеньями.

5.2. Коллегия обращает особое внимание на следующий пассаж авторского текста, предваряющего ту часть сюжета, которая связана с тремя интервью. «Выбор чрезвычайно сложен: пойти путём Махачкалы, оставить в стороне часть принятых в обществе норм и начать войну на уничтожение (выделено Коллегией), сделать догхантеров благородными чистильщиками подворотен, подвалов и парков – или согласиться с зоозащитниками в том, что пёс не виноват в том, что оказался на улице, не нам его судить и приговаривать к смерти (выделено Коллегией)». Два заведомо ложных моральных  выбора в одном предложении  – тот случай, когда приходится детально обсуждать интенции, закладываемые автором в публикацию.

«Пойти путём Махачкалы» нельзя прочитать иначе, чем «приступить к массовому убийству собак». Коллегия полагает, что этот «путь» попросту не может считаться одной из позиций моральной дилеммы в обществе, полагающем себя цивилизованном.

Что касается формулы «не нам его приговаривать к смерти»: Коллегия обнаруживает за этой авторской (и как бы гуманной) прописью не просто ложную, но диффамационную отсылку к позиции той части российского общества (определенной автором внятным маркером «зоозащитники»), которая не обговаривает с догхантерами допустимых или неприемлемых условий убийства бездомного животного, но пытается выстроить именно цивилизованное отношение человека с животными как таковыми.

Говоря о своём прочтении цитируемого фрагмента авторского текста М. Киселёва, Коллегия определенно не находит выбор, называемый М. Киселёвым «сложным», затруднительным для человека с мало-мальски устойчивыми нравственными началами: делая поправку на то, однако, насколько разрушительно воздействуют на эти начала целевые, выстроенные под конкретные задачи квазижурналистские телесюжеты, в том числе – с элементами экспертной оценки.

6. Не соглашаясь с заявителями в том, что ведущий Максим Киселёв привлёк в студию для обсуждения острейшей проблемы ненадлежащих экспертов (в терминах заявителя: «экспертов, но не специалистов»), Коллегия напоминает о профессиональной свободе выбора журналистом экспертов, но и об его ответственности за надлежащее обсуждение с приглашёнными темы, представляющей выраженный общественный интерес.   

Коллегия полагает, что журналист М. Киселёв предложил аудитории имена и позиции тех экспертов, которые достаточно близки к бытовому «мэйнстриму» прочтения обсуждаемой проблемной темы. Нет ничего недопустимого, тем более - антипрофессионального в том, что, благодаря приглашению именно данного, известного в своей области эксперта в студию телеканала его аудитория была ознакомлена, например,  с конкретной позицией академика Г. Онищенко («кого не разобрали по домам – умерщвлять»). Опасения, что такой подход какую-то часть аудитории сдвинет на позиции догхантеров могут иметь место и обсуждаться в прессе и обществе, но не могут быть признаны профильными для Коллегии, существенными при вынесении ею профессионально-этической оценки конкретного материала.

6.1. Предметом серьёзной озабоченности Коллегии являются не ответы экспертов, а вопросы интервьюера. Такой, например: «Если законодательно всё же запретят бродячих собак усыплять, то остаётся что: отлавливать  их, делать какие-то вакцинации, потом, видимо, выпускать? Но тогда история повторится, как в Дагестане: люди сами возьмутся за оружие, потому, что это действительно угроза, и будут сами вершить суд. Не хотим же мы довести дело до бойни, которая была в Махачкале?».

Как представляется Коллегии, «наводящими» вопросами такого рода интервьюер в большинстве случаев добился тех ответов, которые хотел  получить: подтверждая в итоге свою принадлежность в данном конкретном сюжете к пропагандистам, занятым «продвижением» определенных систем ценностей и целей, носителям логики «цель оправдывает средства».

7. Сказанное означает, что Коллегия  находит указанный материал М. Киселёва несовместимым с принципами и нормами профессиональной этики журналиста, с собственно журналистскими стандартами: несмотря на такие его достоинства, как обращение к актуальной теме, привлечение мнений экспертов, выраженность авторской позиции, отдающей предпочтение (как предполагается) жизни, здоровью, безопасности человека.

8. Коллегия исходит из того, что материал М. Киселёва, слоганом которого обнаруживается «стрелять или миловать?», находится под защитой ст. 10 Конвенции  о защите прав человека и основных свобод.

8.1. Учитывая специфику данного текста, Коллегия, в то же время,  напоминает и журналисту М. Киселёву и руководству телеканала, выпустившего в эфир материал, несовместимый с принципами и нормами профессиональной этики журналиста, о том, что ч.2. ст. 10 Конвенции о защите прав человека рассматривается, в том числе, и такой мотив для возможного ограничения свободы слова, как «защита нравственности».

Признавая безусловный технический профессионализм и автора сюжета, и команды монтировавшей видеоряд (достаточно сказать о кадрах, где снимки «добрых собачек» и «клыкастых псов» строятся в логике числители/знаменателя, обозначая условно беспристрастный подход авторов сюжета к проблеме, а значит и к вопросу о жизни и смерти бродячих собак), Коллегия полагает материал М. Киселёва задевающим нравственные устои российского общества, травмирующим систему ценностных ориентиров гражданина.

9. Учитывая фактический отказ главной редакции СМИ «Российский информационный канал “Россия-24”» подписать Соглашение о признании профессионально-этической юрисдикции Коллегии, Коллегия освобождает заявителей от данного каждым из них индивидуально обещания не  использовать вынесенное по его обращению решение Общественной коллегии по жалобам на прессу для продолжения данного информационного спора в судебном, ином правовом или административном порядке.

10.  Общественная коллегия просит:
- редакции журналов «Журналист» и «Информационное право» - опубликовать состоявшееся решение Общественной коллегии;
- факультет журналистики МГУ им. М.В. Ломоносова, а также факультеты журналистики других вузов – обсудить состоявшееся решение Общественной коллегии со студентами, изучающими профессиональную этику;
- Комиссию Общественной палаты Российской Федерации по развитию информационного сообщества, СМИ и массовых коммуникаций – принять к сведению состоявшееся решение Общественной коллегии.

Настоящее решение принято консенсусом.
 
Председательствующий,
Ю.В. Казаков

 

Укрепление негативных стереотипов, искажение высказываний, изложение несуществующих фактов, сокрытие истинной информации, необоснованное обвинение, публикация за взятку или взятка за непубликацию - жалуйтесь, если ваши права были нарушены, а интересы ущемлены прессой!

Подать жалобу