Оглавление

 

РЕШЕНИЕ

«О жалобах А.В. Черкасова (Межрегиональная общественная организация «Правозащитный центр «Мемориал») и О.Б. Сидорович (Автономная некоммерческая организация «Институт права и публичной политики») на телеканал «НТВ» в связи с выходом в эфир программы «ЧП. Расследование: “Евроколлекторы”». (Дата публикации – 24.03.2017 г., заявленный автор – Роман Игонин. Адрес материала в сети интернет: http://www.ntv.ru/peredacha/proisschestvie/m4001/o436418/)

 

г. Москва, 13 сентября 2017 г. № 167

 

На 166-м заседании Общественной коллегии по жалобам на прессу ad hoc коллегия в составе Владимира Лукина (председательствующий, председатель Палаты медиааудитории), членов Палаты медиасообщества Галины Араповой, Мананы Асламазян, Николая Сванидзе, Виктора Юкечева, членов Палаты медиааудитории Сергея Ениколопова, Вадима Зиятдинова, Юрия Казакова, Виктора Монахова, Ильи Шаблинского рассмотрела обращения Черкасова Александра Владимировича, выступающего от имени МОО «Правозащитный центр «Мемориал», и Сидорович Ольги Борисовны, выступающей от имени АНО «Институт права и публичной политики», в связи с выходом в эфир программы «ЧП. Расследование: “Евроколлекторы”». (Дата публикации – 24.03.2017 г., заявленный автор – Роман Игонин. Адрес материала в сети интернет: http://www.ntv.ru/peredacha/proisschestvie/m4001/o436418/

 

Вопросы процедуры. Заявители, Черкасов Александр Владимирович и Сидорович Ольга Борисовна, подписали (индивидуально, но и от имени своих организаций) Соглашения о признании профессионально-этической юрисдикции Общественной коллегии по жалобам на прессу, приняв на себя тем самым обязательство не использовать решение Общественной коллегии по данному информационному спору для его продолжения в судебном, ином правовом или административном порядке.

Адресат жалобы, АО «Телекомпания НТВ», подтвердил получение руководством телекомпании информационного письма Общественной коллегии по жалобам на прессу, но ответа Коллегии ни в какой форме до дня заседания Коллегии не представил.

 

Позиция заявителей при обращении в Коллегию была выражена следующим образом.

МОО «Мемориал»: «Само название передачи “Евроколлекторы” задает зрительскому восприятию вполне определенную установку. А именно, что упомянутые в передаче организации делают свою работу исключительно для зарабатывания денег - в самом негативном понимании этого слова. По мере развития сюжета передачи становится ясной и жертва деятельности “евроколлекторов”: российский бюджет.

Говоря о Правозащитном центре “Мемориал”, НТВ фактически подталкивает зрителя к выводу о том, что иностранное финансирование дается на антироссийские цели. В качестве такой цели, по мнению НТВ, выступает защита прав граждан, которые были признаны экстремистами. (… «Почему расщедрились заграничные спонсоры, большой вопрос. Однако сотрудники Правозащитного центра активно вступаются за экстремистов из запрещенной в России организации “Хизб ут-Тахрир”».)

Развивая мысль о порочности иностранного финансирования «Мемориала», НТВ не гнушается неэтичными методами. Так, в передаче демонстрируется письмо Виталия Пономарева, сотрудника Мемориала, которое было написано в поддержку Усмонова Султонхона. Согласно письменным заявлениям самого Виталия Пономарева, это письмо не могло законным образом попасть в руки журналистов НТВ. (…)

Продолжая тему деятельности Мемориала по защите “экстремистов”, НТВ приводит кадры, снятые во время обыска в квартире сотрудника “Мемориала” Бахрома Хамроева. Согласно заявлению Бахрома Хамроева, во время обыска (…) были только сотрудники полиции. Таким образом, есть разумные основания полагать, что съемка была произведена сотрудником полиции, а потом передана сотрудникам канала НТВ.

Рассказывая про “сбор Мемориалом и другими НКО персональных данных российских военных, участвовавших в боевых операциях в Чечне, Южной Осетии и Сирии” (...) НТВ обращается к уже апробированному методу фабрикации признаков надежности – экспертному мнению. В качестве эксперта НТВ приводит слова Максима Славина, указывая его в качестве “общественного деятеля”. На самом же деле господин Славин является членом достаточно скандальной организации - Национального освободительного движения (НОД). Это именно он кричал во время церемонии награждения в 2016 году победителей школьного конкурса “Человек в истории. Россия ХХ век”: “Приятного аппетита, немецкие подстилки!”. Этот “общественный деятель” считает, что сбор данных “проводится исключительно с целью навредить России, ведь Европе эти данные нужны данные для того, чтобы начать охоту на российских офицеров, который выезжают с семьями в отпуск за рубеж. И тем самым Европа пытается давить на наше государство методами «правового террора»”.

(…) Правозащитный центр «Мемориал» полагает, что программа «ЧП. Расследование: “Евроколлекторы”», используя пропагандистские приемы, далекие от журналистской этики, выставляет Мемориал в негативном свете, обвиняя в антироссийской деятельности и шпионаже в пользу Европы.

Подобные обвинения, построенные на откровенной лжи или полуправде, которой посредством использования экспертных мнений дана видимость правдивости, формируют образ врага народа в отношении Мемориала».

Заявитель, МОО «Правозащитный центр «Мемориал», предложил Коллегии «дать оценку соблюдения НТВ норм профессионализма и журналистской этики применительно к указанному материалу».

АНО Институт права и публичной политики. «В телепрограмме «ЧП. Расследование: “Евроколлекторы”» присутствует умышленное искажение информации о деятельности и финансировании Института права и публичной политики (далее – Институт), направленное на формирование общественного мнения об Институте как об организации, «тайно получающей заграничное финансирование» и осуществляющей «антироссийскую деятельность».

По мнению заявителя, речь идёт о нарушении авторами выпуска ст. 49 Закона «О средствах массовой информации», согласно которой «журналист обязан проверять достоверность сообщаемой им информации, а также уважать права и законные интересы, честь и достоинство граждан и организаций», о нарушении п.8 Декларации принципов поведения журналиста Международной Федерации Журналистов, устанавливающей, что «умышленное искажение фактов является серьезным нарушением стандарта профессионального поведения журналиста», а также о нарушении основополагающий журналистских стандартов: начиная с заботы об «обеспечении права граждан на получение достоверной, точной и полной информации о фактах и текущих событиях». Сверяясь с одной из ключевых позиций Медиаэтического стандарта, ориентирующего документа Общественной коллегии («Журналист и редакция средств массовой информации обязаны заботиться о том, чтобы не публиковались неточные, вводящие в заблуждение или искаженные информационные материалы: как текстовые, так и выполняющие роль иллюстрации к тексту»), заявитель обращает внимание на то, что в выпуске «ЧП. Расследование: “Евроколлекторы”» указанные стандарты нарушены применительно к освещению:

- участия Института в рассмотрении так называемого «дела ЮКОСа» в Конституционном Суде Российской Федерации (далее – Конституционный Суд);

- организационных аспектов деятельности Института (финансирование, состав учредителей и попечителей);

- образовательной деятельности Института.

Говоря об освещении в оспоренном выпуске участия Института в рассмотрении «дела ЮКОСа» в Конституционном Суде, заявитель разъясняет, что участие Института в рассмотрении Конституционным Судом запроса Министерства юстиции Российской Федерации о возможности исполнения Постановления Европейского Суда по правам человека от 31 июля 2014 г. по делу «ОАО “Нефтяная компания ‘ЮКОС’” против России» было связано с направленным в адрес Института запросом судьи Конституционного Суда Л.М. Жарковой, в котором содержалась адресованная Институту просьба дать правовую оценку доводам Министерства юстиции и сформулированы вопросы для исследования. «7 декабря 2016 г. Институт направил в Конституционный Суд свое экспертное заключение, в котором были даны ответы на поставленные судьей Конституционного Суда вопросы. 15 декабря 2016 г. по приглашению Конституционного Суда руководитель судебной практики Института Григорий Вайпан выступил в заседании Конституционного Суда по данному делу, изложив основные выводы заключения Института. Тем не менее, в телепрограмме «ЧП. Расследование: “Евроколлекторы”» тот факт, что юристы Института подготовили экспертное заключение и приняли участие в судебном заседании Конституционного Суда по запросу Конституционного Суда, сознательно замалчивается. Это позволяет авторам телепрограммы создать искаженное представление о роли Института в рассмотренном Конституционном Судом деле. В телепрограмме неоднократно подчеркивается, что Институт выступает в качестве представителя интересов акционеров ОАО «Нефтяная компания “ЮКОС”» – «поддерживает судебный иск бывших учредителей ЮКОСа против России», «отстаивает интересы беглых акционеров скандальной компании», «радеет за беглых олигархов». Эта характеристика некорректна как формально, так и по сути.

Институт не выступал представителем какой-либо из сторон конституционного судопроизводства, а являлся приглашенным лицом – независимым экспертом. Помимо Института в том же качестве в заседании Конституционного Суда 15 декабря 2016 г. принимали участие представители Санкт-Петербургского государственного университета и Совета при Президенте Российской Федерации по развитию гражданского общества и правам человека, однако об этом обстоятельстве авторы телепрограммы предпочли не сообщать.

Что касается сути экспертной позиции Института, то в телепрограмме сознательно умалчивается о разнице между «делом ЮКОСа» в широком смысле (серия судебных разбирательств в различных национальных и международных органах начиная с 2003 г.), включая многолетнее разбирательство по жалобе акционеров компании в ЕСПЧ, и конкретным запросом Министерства юстиции в Конституционный Суд (октябрь 2016 – январь 2017 гг.). Предметом последнего являлись не «судебный иск бывших учредителей ЮКОСа» и не вопросы нарушения прав ОАО «Нефтяная компания “ЮКОС”» или выплаты ее акционерам справедливой компенсации, а только вопрос возможности исполнения уже вынесенного постановления ЕСПЧ с точки зрения Конституции Российской Федерации. Институт был приглашен Конституционным Судом дать свою экспертную оценку исключительно этому вопросу, поскольку ранее имел опыт подготовки заключений по делам в Конституционном Суде об исполнении постановлений ЕСПЧ – в связи с делами «Маркин против России» и «Анчугов и Гладков против России». Судя по телепрограмме «ЧП. Расследование: “Евроколлекторы”», журналисты Телекомпании НТВ очень внимательно изучили сайт Института, а значит, должны были знать об этом опыте Института.

Тем не менее, данная информация в телепрограмме не упомянута. Вместо этого авторы телепрограммы создают у телезрителя ложное впечатление о том, что Институт участвовал в разбирательстве в Конституционном Суде исключительно ради материальной выгоды акционеров ОАО «Нефтяная компания “ЮКОС”».

Так, например, основной вывод заключения Института в телепрограмме резюмирован словами журналиста Олега Лурье следующим образом: «Обязательно Конституционный Суд должен вынести решение выплатить акционерам ЮКОСа вот эти вот миллиарды. Россия вообще, в принципе, по мнению этих экспертов (в кавычках, наверно, я не знаю), должна платить и каяться». Подобного вывода в заключении Института нет, а Конституционный Суд в принципе не компетентен разрешать вопросы выплаты либо невыплаты кому-либо каких-либо компенсаций.

С той же целью – исказить роль Института в рассмотренном деле – фраза представителя Института в заседании Конституционного Суда о том, что «окончательное решение Европейского Суда подлежит исполнению в том числе в части присуждения справедливой компенсации», цитируется в телепрограмме сразу после слов «коллегия [Конституционного Суда] внимательно заслушивает стороны скандально известного дела “ЮКОСа”» (выделено Институтом - Коллегия) и «Европейский суд по правам человека уже вынес свой вердикт. В соответствии с ним наша страна обязана заплатить бывшим руководителям «ЮКОСа» без малого 2 млрд. евро». Между тем, слова представителя Института умышленно вырваны из контекста. Как можно легко убедиться при ознакомлении с полным текстом выступления, цитируемая фраза является не требованием или просьбой стороны по делу выплатить ей определенную денежную сумму, как это стремятся представить авторы телепрограммы, а лишь воспроизведением общей правовой позиции Конституционного Суда об исполнении постановлений ЕСПЧ.

Наконец, авторы телепрограммы пытаются изобразить независимые экспертные заключения как нечто подозрительное и предвзятое по самой своей сути. Для этого они используют недостоверные сведения, полученные от политического обозревателя Павла Шипилина, которого при этом выдают за «профессионального юриста». (…) Из публично доступных сведений о Павле Шипилине не следует, что он обладает юридическим образованием либо компетенцией в вопросах сравнительного правоведения. Никакие другие компетентные специалисты суждения господина Шипилина в телепрограмме не подтверждают, иные доказательства достоверности его суждений не приведены. (…)

Таким образом, путем использования недостоверной, неточной и неполной информации авторы телепрограммы «ЧП. Расследование: “Евроколлекторы”» намеренно искажают роль Института при рассмотрении «дела ЮКОСа» в Конституционном Суде».

Говоря об освещении организационных аспектов деятельности Института (финансирование, состав учредителей и попечителей), заявитель называет приводимые в «Расследовании: “Евроколлекторы”» сведения о текущих и прежних источниках финансирования Института, а также об отдельных его учредителях и попечителях «недостоверными, неточными и неполными», формирующими «искаженный образ Института в публичном пространстве». Называя «ложными» содержащиеся в программе утверждения о том, что заявитель тайно получает (получал) иностранное финансирование («при этом на протяжении телепрограммы ее авторы вводят телезрителя в заблуждение, создавая ощущение сенсационности и давая понять, что предают огласке секретные сведения; например: «Нам удалось приоткрыть завесу тайны над бухгалтерией этой некоммерческой организации»), заявитель утверждает: «в действительности источники финансирования Института публичны, а информация о них взята авторами телепрограммы из открытых источников».

Дезавуируя комментарии к кадрам с описанием гранта Комиссии Европейского Союза, полученном Институтом в 2015 году на реализацию проекта «Содействие участию гражданского общества в конституционно значимых судебных процессах в России» («Указанные кадры взяты с открытого официального интернет-ресурса Комиссии Европейского Союза, где любой желающий может ознакомиться с информацией о финансируемом проекте Института»), а также комментарии к кадрам с официального сайта Фонда Макартуров, включая страницу профиля Института («Размещенная на этой странице информация о проектах Института, получивших финансирование указанного фонда в 2000-2015 годах, является открытой и также доступна для ознакомления любому желающему»), заявитель останавливается на ряде конкретных фрагментов оспоренной передачи. Он обращает внимание на то, например, что в стремлении «разоблачить» Институт авторы телепрограммы «озвучивают выводы о финансовой отчетности Института, которые противоречат ими же самими подобранным изображениям». («Обращаясь к отчетам Института, размещенным на сайте Министерства юстиции, журналист заявляет: «Источники своих доходов Институт права и публичной политики скрывает под туманной формулировкой «иные». Странно, ведь официально организация не считается иностранным агентом и получать деньги из-за рубежа вроде бы не должна». При этом на экране демонстрируется страница 2 Отчета о деятельности некоммерческой организации и персональном составе ее руководящих органов за 2015 г., на которой в разделе «Источники формирования имущества» поставлена галочка напротив графы «Целевые поступления от иных иностранных организаций» (выделено нами. – ИППП). То есть озвученный журналистом вывод о том, что Институт скрывает иностранный характер своего финансирования, является заведомо ложным».)

Заявитель напоминает, что согласно действующему в России законодательству иностранное происхождение финансирования некоммерческой организации «не предполагает негативной оценки такой организации со стороны государства» (Постановление Конституционного Суда от 8 апреля 2014 г. № 10-П). («Кроме того, вопреки положениям законодательства в телепрограмме понятие «некоммерческая организация – иностранный агент» отождествляется с понятием «иностранное финансирование». Например: «Странно, ведь официально организация не считается иностранным агентом и получать деньги из-за рубежа вроде бы не должна», в то время как согласно пункту 6 статье 2 Федерального закона «О некоммерческих организациях» для признания некоммерческой организации «иностранным агентом» необходимо также участие этой организации в «политической деятельности». Авторы телепрограммы создают у телезрителя ложное впечатление о том, что Институт неправомерно избегает регистрации в качестве «иностранного агента», однако ссылаются при этом лишь на факты получения имущества из иностранных источников, что согласно законодательству не является достаточным условием для регистрации в качестве «иностранного агента». Более того, в 2014 и 2016 гг. Институт подвергался проверкам Министерства юстиции, в том числе на предмет соблюдения законодательства об «иностранных агентах», в результате которых признаков «политической деятельности» в проектах Института обнаружено не было.(…) Тем самым выводы телепрограммы о том, что Институт работает в обход действующего законодательства, основаны на неподтвержденных и необоснованных предположениях».)

Заявитель обращает внимание на то, что в указанном выпуске телепрограммы утверждается, что «пару лет назад Фонд Макартуров был признан нежелательной организацией и свернул свою деятельность в России». («Данное утверждение является заведомо ложным: Фонд Макартуров не значится в Перечне иностранных и международных неправительственных организаций, деятельность которых признана нежелательной на территории Российской Федерации».)

Приведя конкретные примеры несоответствия действительности «информации», полученной телезрителем, также и по вопросам, связанным с освещением образовательной деятельности Института, заявитель делает в итоге следующий системный вывод: «Таким образом, в телепрограмме «ЧП. Расследование: “Евроколлекторы”» присутствует умышленное искажение информации о финансировании и деятельности Института права и публичной политики и формируется не соответствующее действительности представление об Институте как об организации, «тайно получающей заграничное финансирование» и осуществляющей «антироссийскую деятельность», что является нарушением стандартов профессиональной этики журналиста».

Заявитель, Институт права и публичной политики, предложил Коллегии «признать выпущенную в эфир 24 марта 2017 г. Акционерным обществом «Телекомпания НТВ» телепрограмму «ЧП. Расследование: “Евроколлекторы”» нарушающей правила профессиональной этики и поведения журналиста».

 

Позиция адресата жалобы, руководства АО «Телекомпания НТВ», по обеим жалобам осталась неизвестной Коллегии.

 

Обстоятельства, установленные в ходе заседания Коллегии. Адвокат Марина Владимировна Агальцова, представляя позицию МОО «Правозащитный центр “Мемориал”», обратила внимание на само название выпуска: «Евроколлекторы». По её мнению, выбор этого «метового» образа связан с тем, что в обществе к «коллекторам» сложилось и устоялось сугубо негативное отношение; они воспринимаются людьми, не связывающими себя ни законами, ни моралью. По мнению заявителя, задачей авторов выпуска было представить названные в сюжете организации в качестве занятых «аморальной деятельностью, выбиванием средств из государственного бюджета», - и это притом, что «Мемориал» занимается представлением заведомо уязвимых людей. Тех, например, кто подвергались атакам во время «чеченской» войны; людей, чьи родственники были убиты; изнасилованных женщин, по деяниям против которых не было проведено никакого расследования. «Речь о людях, которые без нас не получили бы юридической поддержки, защиты. Назвавшие нас «коллекторами» изначально сводят нашу деятельность к низменному мотиву. Этим задаётся тон выпуска».

Говоря о целях, которые преследовались его создателями, М.В. Агальцова обратилась к предложенным самой Коллегией признакам различения журналистики и пропаганды, сделав вывод о присутствии в оспоренном выпуске программы НТВ «образа врага». «Это и есть цель данного репортажа: насаждение «образа врага». Врага в виде Европейского суда по правам человека (ЕСПЧ), который принимает определенные решения. Врага в виде наших организаций, которые работают, как получается, для того, чтобы нанести ущерб России и её национальным интересам».

Обращаясь к конкретике выпуска, представитель МОО «Мемориал» выделила два специфических вида аргументации, использованных в «мемориальской» части оспоренного сюжета: манипулирование данными, предлагаемыми в качестве официальных статистических, и манипулирование институтом, представляющим экспертное мнение. «Относительно статистики: для того, чтобы обосновать тезис о том, что ЕСПЧ якобы «мстит России», используется размер компенсации по годам - в отношении жалоб, поступивших из Российской Федерации. Логика заявленного подхода: в 2006-2007 годах была, вроде бы как, стандартная компенсация, а в 2008-м, когда Россия начиная осуществлять свою национальную политику, проводит военную операцию в Грузии, ЕСПЧ «наказывает» её. При этом данные, приводимые как данные за 2008 год, оказываются суммой за два года, 2008 и 2009. Далее. Чтобы доказать, что тут - не случай, а тактика ЕСПЧ, зрителю предлагают данные 2014-го года, когда повышение размера компенсаций действительно имело место. Но о том, что в 2015-2016 годах, когда Россия продолжала проводить свою политику (в это время были и война на востоке Украины, и Крым; Россия до сих пор под санкциями), а ЕСПЧ снизило планку назначенных компенсаций, НТВ не говорит ни слова. Цифры, правда, проходят по экрану; конкретный человек может успеть что-то отметить и даже понять. Но может и не успеть; таблица быстро уходит из поля зрения. В массе своей зритель воспринимает (на слух) только акценты, расставленные авторами сюжета.

Что касается экспертных мнений. В сюжете ни слова не говорится о том. что как Евгений Фёдоров, депутат ГД, так и Максим Славин, выступающие в роли экспертов с обвинениями в отношении наших организаций, являются членами НОД, Национально-освободительного движения. Эта организация использует свободу собраний для того, чтобы поливать нас зелёнкой, неизвестной жидкостью из шприца, кричать в отношении детей, участников конкурса «Мемориала», что они являются «немецкими подстилками», и т.д. То, что представители НОД выступают в качестве экспертов выпуска (без предупреждения о том, что они – именно из НОД), говорит о том, что информация зрителю, как минимум, не предоставляется в той полноте, которая позволяет составить разумное представление о том, с кем именно обсуждается тема, заявленная проблемной.

И, наконец, мы не согласны с тем, что зритель имеет дело с журналистикой, в силу того, что в сюжете используется способ сбора информации, не соответствующий журналистской этике, - с нашей точки зрения, по крайней мере. В отношении письма Виталия Пономарёва, направленного на Украину через «Почту России»: получить доступ к нему законным образом журналисты не могли, тем не менее, письмо это фигурирует в тексте выпуска. То же и с обыском в доме Бахрома Хамроева, находящегося в этом зале в качестве свидетеля от «Мемориала». Во время обыска (и это подтверждено протоколом) не велась видеозапись. Журналистов при обыске не было, в доме были только те, кто его проводил. В сюжете, однако, есть видеозапись, сделанная во время обыска; очевидно, что это оперативная съемка. Мы полагаем, что съемка эта была незаконно произведена и незаконно передана НТВ. И, наконец, в материале есть запись переговоров в ресторане. Полагая, что производилась она устройством, установленным на столе не журналистами, мы находим её произведение незаконным с точки зрения журналистики, а её опубликование НТВ неэтичным.

Коллегию мы просим признать оспоренный сюжет не соответствующим журналистской этике.

Представитель Института права и публичной политики адвокат Григорий Викторович Вайпан назвал четыре предполагаемых нарушения авторами программы журналистских стандартов, каждое из которых, по его мнению, «извращает суть и название самой передачи».

Первое. Медиапродукт, предполагаемый журналистским расследованием, не выполняет ожидаемых от этого жанра функций. Факты, выдаваемые в передаче, как разоблачение, на деле относятся к открытым, доступным, общеизвестным; то, что подаётся как сенсация, обнаруживается сенсацией фальшивой. (К этой категории относится, в частности, информация о том, что Институт «тайно получает заграничное финансирование».)

Второе – это использование заведомо недостоверных сведений. Конкретный пример такого рода – «информация» о том, что Фонд Макартуров был признан в России «нежелательной организацией».

Третье – неполнота информации как умолчание о значимых фактах. Говоря об участии Института в заседании Конституционного суда Российской Федерации, авторы выпуска не упоминают о том, что к экспертному участию в обсуждении конкретного вопроса (и совсем не того, что назывался в сюжете) Институт права и публичной политики был приглашён самим Конституционным судом РФ.

Четвертое. Соглашаясь со сказанным о заведомой тенденциозности ряда конкретных лиц, представленных в выпуске в качестве экспертов, представитель Института обратил внимание на некомпетентность большей части экспертов, используемых в программе, на то, что люди эти не являются специалистами в той области, о которой идёт речь. При этом выводы авторов «расследования» опираются на суждения именно этих людей.

По словам г-на Вайпана, Институт права и публичной политики подал жалобу в Коллегию потому, что считает наихудшим из всего, что может произойти со страной, «привыкание аудитории к такого рода медийным продуктам». «Мы подали жалобу в Коллегию с той целью, чтобы то, что является нарушением, не стало восприниматься нормой. Мы призываем Коллегию дать профессиональную оценку тому продукту, который был произведён, как предполагается аудиторией, журналистами НТВ».

Свидетель Бахром Хамроев, пояснив, что следственные действия в отношении него («спецоперации» по определению свидетеля) были произведены дважды за полгода, уточнил, что приходившие к нему «вели себя спокойно», подтвердил, что журналисты в этих мероприятиях не участвовали, и что он не видел, чтобы проводившими «спецоперации» использовались какие-то камеры. «Я лично спрашивал у тех начальников, которые были: производятся ли съемки. Мне сказали: нет. Значит, сняли скрытой камерой. И потом мы увидели снятое в сюжете НТВ». На вопрос: предъявлялось ли ему обвинение в экстремизме (в тексте сюжета г-н Хамроев представлен разделяющим взгляды экстремистов и говорящим «о своих планах вооружённого переворота в Узбекистане), г-н Хамроев ответил отрицательно.

Отвечая на вопрос: обращались ли сотрудники НТВ к заявителям с просьбами о встрече, М.В. Агальцова уточнила, что попытка «взять интервью на бегу, подставляя микрофон нашему старшему юристу» имела место, но попытки организовать интервью не было. Г.В. Вайпан, в свою очередь сообщил, что попытка согласовать с ним интервью человеком, представившимся журналистом НТВ, предпринималась, но завершилась отказом. «Задав несколько уточняющих вопросов, я понял, что человек, который представлялся журналистом, не имеет представления о теме, по которой он хотел взять интервью. Мне уже было известно о серии сюжетов НТВ в отношении некоммерческих организаций, и желания давать интервью этим людям у меня не было. После этого на меня дважды проводились «нападения», если так можно сказать: на улице подбегали люди с камерами, начинали тыкать в нос (буквально) зелёный микрофон и задавать вопросы типа: «почему вы лоббируете интересы ЮКОСа»? Обоснованность моего отказа полностью подтвердилась последующим поведением журналистов НТВ. У них не было намерения взять полноценное добросовестное интервью; было намерение смонтировать какой-то определенный материал».

Г.В. Вайпан подтвердил, что в том фрагменте оспоренного выпуска, где упоминалось выступление представителя Института права и публичной политики в рассмотрении т.н. «дела ЮКОСа» Конституционным Судом, не упоминалось о том, что, помимо Института, к выступлению в такой же роли были приглашены Совет по развитию гражданского общества и по правам человека при Президенте РФ, а также две другие экспертные организации: Институт законодательства и сравнительного правоведения при Правительстве РФ и Санкт-Петербургский государственный университет. «Все мы давали свои экспертные заключения. Ничего этого в передаче не упоминалось».

М.В. Агальцова, отвечая на уточняющие вопросы, подчеркнула, что инкриминированный авторами выпуска «Мемориалу» сбор данных – это «наша давняя история. “Мемориал” занимается нарушениями прав человека во время двух чеченских кампаний. Мы не столько собираем данные, сколько восстанавливаем историю, сохраняем нашу память». На вопрос: соответствует ли истине сказанное в передаче о сборе «Мемориалом» информации о военных в Южной Осетии и Сирии, г-жа Агальцова дала следующий ответ: «Южная Осетия и Сирия не являются предметом нашего исследования».

 

Члены ad hoc коллегии были ознакомлены с результатами исследования («Мнением эксперта») к.филол.н. О.Н. Матвеевой.

 

По ходу заседания ad hoc коллегия приняла решение о проведении второй части заседания (выработка решения) в закрытом режиме.

 

До начала второй части заседания члены ad hoc коллегии Галина Арапова и Виктор Юкечев, руководители общественных организаций, сотрудничающих с Институтом права и публичной политики, заявили о том, что они воздерживаются от участия в выработке решения по данной жалобе. Мотив отказа – снятие подозрения в «конфликте интересов».

 

С учетом всего изложенного Общественная коллегия приняла следующее решение.

 

РЕШЕНИЕ

 

1. Коллегия сожалеет, что нынешнее руководство телекомпании НТВ в лице генерального директора АО «Телекомпания НТВ» А.В. Земского продолжило линию прежнего руководства вещателя на уклонение от участия в рассмотрении информационных споров, предполагающих нарушений принципов и норм журналистской этики и затрагивающих права человека в сфере массовой информации. Напоминая о том, что информационные споры такого рода относятся именно к её компетенции, Общественная коллегия по жалобам на прессу уточняет, что за последние полтора года она в третий раз рассматривает жалобы на выпуски программы «ЧП. Расследования», ведущим которых является Роман Игонин.

2. Коллегия находит обоснованными, мотивированными, подкреплёнными доказательной базой и этически обоснованными практически все претензии заявителей, предъявленные к выпуску программы «ЧП. Расследование: Евроколлекторы».

3. Коллегия вслед за заявителями и за своим экспертом О.Н. Матвеевой отмечает, в частности, что оспоренный выпуск не может быть отнесён к добросовестной телевизионной журналистике, поскольку он:

- содержит недостоверную, в том числе заведомо ложную информацию как в отношении заявителей и осуществляемой ими деятельности, так и в отношении третьих организаций и лиц, действующих в публичном пространстве и дорожащих своей репутацией. (Примеры: введение в заблуждение телезрителей всем, что сказано о характере и целях участия Института права и публичной политики в рассмотрении Конституционным Судом России т.н. «дела ЮКОСа»; утверждение о том, что Институт скрывает источники своего финансирования; обвинение «Мемориала» в защите экстремистов и в сборе информации о российских военных в Южной Осетии и Сирии; утверждение о том, что Фонд Макартуров был признан в России нежелательной организацией, и т.д.);

- распространяет не имеющие оснований диффамационные обвинения, намёки и предположения, обнаруживая четкие признаки следования предзаданной предвзятой тенденциозной установке на подрыв доверия к «объектам» внимания, предполагаемого журналистским, и на формирование «образа врага» в лице как конкретных организаций и персон, чья общественная биография и репутация ставятся при этом под вопрос напрямую («Мемориал», Институт права и публичной политики) или же косвенно (Европейский суд по правам человека), так и фундаментальных цивилизационных понятий (пример - «европейские ценности», упомянутые во вводной части программы);

- подрывает доверие граждан к российской расследовательской журналистике, в частности, и формату журналистского расследования в целом, поскольку создаёт ложные сенсации, «открывая» находящееся в открытом доступе, смешивает факт и комментарий, информацию о событии с предположением, основанным на замалчивании одной информации и фабрикации достоверности другой, не маркирует должным образом кадры, предположительно, оперативной съемки и не называет источников, предоставивших «картинку», использует в качестве экспертов людей, не обладающих должным уровнем квалификации по обсуждаемой теме или же не подходящих на эту роль в силу заведомой пристрастности, одиозности своей позиции, т.е. реализует запретную для журналистики и журналиста логику «цель оправдывает средства»;

- спекулирует как на теме «общественного интереса», так и на предрассудках, страхах, фобиях потребителя телевизионной информации, разгоняя в российском обществе интолерантность; искажает картину мира в сознании российских граждан, произвольно ограничивая доступный им спектр достоверной информации, представляющей действительный общественный интерес, способствует нарушению прав граждан в сфере массовой информации; подрывает основы взаимодействия России с миром, формируя отношение к такому взаимодействию как к заведомо бесперспективной, ненужной, якобы не отвечающей национальным интересам затее.

4. По совокупности перечисленных и иных специфических черт выпуска «ЧП. Расследование: «Евроколлекторы» Коллегия относит оспоренный текст к тем продуктам «информационной войны», для распространения которых, к сожалению, активно используются средства массовой информации.

Коллегия напоминает, что «журналистская деятельность несовместима с участием в информационных войнах, с манипулированием информацией и сознанием адресатов СМИ». («Медиаэтический стандарт; Принцип 2. Профессиональная и социальная ответственность журналиста»)

5. Неизменно стремясь отделить журналистику от пропаганды, Коллегия находит в оспоренном выпуске следующие системные признаки пропаганды с элементами языка вражды:

- наличие четкой, подлежащей реализации цели как ожидаемого итога воздействия на «объект», - с определенным изменением (или поддержанием) «картины мира» в его сознании; в идеале - с переведением «наведенного» убеждения в поступок и образ действий;

- последовательная реализация комплекса задач, каждая из которых не имеет отношения к задачам и базовым функциям журналистики (информировать, просвещать, развлекать);

- целевой, работающий на жесткий «сценарий» отбор фактов, активное обращение к дезинформации, там, где это представляется полезным и возможным, манипулирование фактами, статистическими данными, мнениями, включая экспертные, или сдвиг акцентов там, где прямая дезинформация представляется «непроходной»;

- действие в логике «цель оправдывает средства»; использование средств и методов, сплошь и рядом несовместимых с такими ценностями, как честность, правдивость и т.д.

- присутствие (обнаружение, создание, доработка) «образа врага»; внесение в массовое сознание и поддержание в нём разделения на «мы» (правильные, с истинными ценностями, с настоящей правдой) и «они»: с отрицательным набором по тем же позициям.

6. Коллегия обращает внимание на активность, с которой адресат жалобы разрабатывает тему «антироссийской деятельности» объектов своего внимания, а также на настойчиво внедряемый им взгляд на иностранное финансирование как основной критерий «вредоносности» конкретных российских общественных организаций. Не вступая в дискуссии по этому поводу, Коллегия обращает внимание на то, однако, что программа, предполагаемая журналистской, не имеет ни прав, ни оснований перетолковывать позицию российских государственных органов, фактически «зачисляя» в «иностранные агенты» (внедряя именно такой взгляд в сознание телезрителя) тех, кто к этой категории не отнесён самим государством. Попытки подобного рода расцениваются Коллегией как недостойное злоупотребление свободой выражения мнений.

7. Коллегия напоминает, что роль следователя, прокурора, судьи или же «сливного бачка», осуществляемая журналистом и/или СМИ из любых побуждений и интересов, включая ложно понимаемые общественные или корпоративные, несовместима ни с интересами общества, ни с целями и ценностями журналистской профессии, с представлениями о редакционной самостоятельности и о профессиональной ответственности журналиста.

 

8. Учитывая, что адресат жалобы не подписал Соглашения о признании профессионально-этической юрисдикции Коллегии и не принял участие в рассмотрении обращений МОО «Правозащитный центр «Мемориал» и АНО «Институт права и публичной политики», Общественная коллегия по жалобам на прессу освобождает заявителей от взятого ими на себя морального обязательства не обращаться в суд или иные государственные органы для разрешения данного информационного спора.

 

9. Общественная коллегия просит:

- редакции журналов «Журналист» и «Информационное право» - опубликовать состоявшееся решение Общественной коллегии;

- факультет журналистики МГУ им. М.В. Ломоносова, а также факультеты журналистики других вузов – обсудить состоявшееся решение Общественной коллегии со студентами, изучающими профессиональную этику;

- Комиссию Общественной палаты Российской Федерации по развитию информационного сообщества, СМИ и массовых коммуникаций – принять к сведению состоявшееся решение Общественной коллегии.

 

Настоящее решение принято консенсусом принявших участие в выработке решения.

 

 

Председательствующий,

В.П. Лукин,

д.ист.н., профессор

Подать жалобу

Укрепление негативных стереотипов, искажение высказываний, изложение несуществующих фактов, сокрытие истинной информации, необоснованное обвинение, публикация за взятку или взятка за непубликацию - жалуйтесь, если ваши права были нарушены, а интересы ущемлены прессой!

«Черная метка» СМИ

В практике Коллегии так называется письменное уведомление СМИ о поступившей жалобе на его материалы

Редакция СМИ вправе не реагировать на данное уведомление, однако ее ответ или участие в заседании демонстрирует высокий уровень профессиональной культуры и повышает градус доверия к нему со стороны общества. Мы ведем список всех СМИ, на которые поступали жалобы, фиксируем наиболее частых нарушителей и тех, кто игнорирует правила и принципы саморегулирования СМИ. Посмотреть список СМИ