Общественная коллегия по жалобам на прессу обнародовала решение, принятое по жалобе жителей Москвы, возмущенных публикацией в "Московском Комсомольце" под заголовком "Страшное ДТП в парке "Кусково": автомобиль переехал роллера". Материал посвящен трагической гибели, постигшей близкого родственника заявителей. Катаясь в лесопарковом массиве г. Москвы на роликовых коньках, он средь беда дня был насмерть сбит проезжавшим по одной из асфальтированных дорог парка автомобилем при до конца не проясненных обстоятельствах.

По словам заявителей, журналисты "МК" в день трагедии позвонили им, представившись сотрудниками управы, сообщили о гибели и выведали подробности личной жизни погибшего, чтобы опубликовать их в СМИ.

В решении по данной жалобе Коллегия отметила, что обстоятельства смерти конкретного человека могут обнаруживаться предметом общественного интереса, а, следовательно, могут или даже должны становиться информационным поводом для появления соответствующих публикаций: от криминальной хроники - до журналистского расследования. Однако в публикации автор изначально апеллирует не к общественному интересу, а к общественному любопытству, сосредоточившись на личности погибшего и выводя из зоны критического внимания читателей водителя автомобиля, человека, управлявшего источником повышенной опасности.

Кроме того, Коллегия обращает внимание к моменту рассмотрения информационного спора, на сайте "МК" была выложена радикально сокращённая версия материала, формально снявшая упрёк во вторжении в частную жизнь потерпевшего и членов его семьи, что демонстрирует, что обращение заявителей непосредственно в редакцию по сути не осталось без ответа.

Извлечение из решения Коллегии

 

  1. Коллегия отмечает, что отсутствие на заседании представителей «МК», и прежде всего – автора оспоренной публикации, не позволило получить ответы адресата жалобы на ряд серьёзных вопросов заявителей и членов ad hoc коллегии, начиная с вопроса о том, кем и как именно собиралась информация для заметки, опубликованной 5 июля на сайте «МК».

 

  1. Коллегия обращает внимание на то, что заявители, не настаивая на своём предположении «стопроцентно», продолжают считать, что звонки Л.А. Обозновой и М.О. Шептухиной как бы от имени управы «Вешняки», были сделаны сотрудниками редакции газеты «Московский Комсомолец».

Учитывая, что заявители рассматривают эти звонки нарушающими нормы и правила профессиональной этики журналиста в том, что касается правил обращения с людьми, находящимися в состоянии горя и шока, Коллегия находит установление истины в данном вопросе обстоятельством, существенным для репутации газеты. Коллегия предлагает редакции «МК» доступными ей средствами прояснить вопрос о том, принадлежит ли номер телефона, зафиксированный заявителем, сотруднику редакции – или некоему третьему лицу, «поделившемуся» с автором публикации собранной информацией.

 

  1. Коллегия напоминает, что неотъемлемой частью профессиональных стандартов в журналистике признаётся «уважение права граждан на частную жизнь и человеческое достоинство в соответствии с нормами международного и национального права», и что уважение достоинства личности «предполагает нравственное самоограничение, профессиональную сдержанность, признание недопустимости сенсационного подхода», в частности, «при освещении ситуаций болезни и смерти, при обращении к людям, находящимся в ситуации горя и шока». («Медиаэтический стандарт Коллегии, принцип 5. Уважение частной жизни и человеческого достоинства».)

 

  1. Коллегия полагает, что обстоятельства смерти конкретного человека могут обнаруживаться предметом общественного интереса, а, следовательно, могут или даже должны становиться информационным поводом для появления соответствующих публикаций: от криминальной хроники - до журналистского расследования.

Коллегия напоминает, вместе с тем, что вмешательство журналиста в частную жизнь человека, включая обстоятельства семейной жизни, недопустимо. Единственным исключением из данного общего профессионального правила могут являться ситуации т.н. преобладающего общественного интереса.

Поскольку гибель В.М. Обознова определённо не могла быть отнесена к ситуациям подобного рода, профессионально правильный подход к обстоятельствам его смерти категорически исключал вторжение журналиста и редакции в частную жизнь погибшего и членов его семьи.

Учитывая сказанное, Коллегия полагает полезным процитировать выдержку-ориентир  из своего «Медиаэтического стандарта»: «Люди, испытывающие состояние личного горя или шока, заслуживают сочувственного и бережного отношения. Публикация информации, полученной от людей, находящихся в таком состоянии, может причинить им дополнительные страдания».

 

  1. Не имея оснований (до установления принадлежности телефона с конкретным номером мобильной связи тому или иному лицу – определённо) предъявлять упрёки во вторжении в частную жизнь погибшего и членов его семьи именно журналистам «МК», но памятуя о том, что такого мнения придерживаются заявители, Коллегия полагает необходимым отметить следующие обстоятельства:

- предполагая, что добросовестный журналист ведёт сбор информации только честными средствами и методами (базовое положение «Медиаэтического стандарта»), Коллегия, безусловно, отделяет нормальные, штатные для профессии и профессионала ситуации получения информации от ситуаций экстраординарных: требующих, к примеру, проведения журналистского расследования, защищающего интересы общества. Напоминая, что в журналистском расследовании в принципе допускается использование журналистом таких специальных методов сбора информации, как например, использование чужого имени или работы под прикрытием, Коллегия отмечает, что конкретная ситуация, вокруг которой была выстроена оспоренная публикация, не предполагала журналистского расследования – и не содержала намёков на него в тексте материала.  

- Позвонившие родственникам В.М. Обознова через два – два с половиной часа после трагического происшествия, по сути, сначала сформировали своими звонками ситуацию шока и горя, проинформировав родных о гибели близкого человека, а затем попытались использовать саму эту ситуацию для получения эксклюзивной информации о частной жизни погибшего и членов его семьи.

- Появление на сайте «МК» публикации «Страшное ДТП в парке “Кусково”…» означало, что вторжение в частную жизнь погибшего и членов его семьи приобрело публичный характер и нанесло тем самым дополнительную травму лицам, находившимся в ситуации горя и шока.

 

  1. Допуская, что автор заметки не имел прямого отношения к анонимным звонкам Л.А. Обозновой и М.О. Шептухиной, что он всего только воспользовался предоставленной ему информацией, Коллегия соглашается с заявителями в том, что этот автор несёт всю полноту профессионально-моральной ответственности за распоряжение полученным таким способом материалом, за недопустимое вторжение в частную жизнь погибшего и членов его семьи.

 

  1. Коллегия отмечает, что опубликованный на сайте «МК» 5 июля 2019 г. в 17.06 (т.е. через четыре часа после события) текст «Страшное ДТП в парке «Кусково»…» характеризуется смешением жанров «криминальные новости» и «скандальная хроника».

Признавая важность такого мотива, как успевание к событию, но сразу же и напоминая о том, что «в журналистике цель не оправдывает средства» («Резолюция 1003 (1993) по журналистской этике»), Коллегия обращает внимание на то, что автор публикации изначально апеллирует, по сути дела, не к общественному интересу, а к общественному любопытству. И что, сосредоточившись на личности погибшего, автор фактически выводит из зоны критического внимания читателей текста водителя автомобиля, человека, управлявшего источником повышенной опасности.

 

  1. Напоминая, что погибший уже не может ответить на сплетню о его частной жизни, на определённую, негативную окраску ситуации, связанной с его разводом, в частности, Коллегия обращает внимание на то, что фон сказанного в заметке о «роллере» заметно контрастирует с фоном представления автором водителя автомобиля: скорости не превышал, не скрылся с места происшествия, вызвал экстренные службы, впал в шоковое состояние. Контраст образов, вольно или невольно созданный в итоге журналистом, ставит под сомнение ожидаемую от представителя новостной журналистики беспристрастность как основу добросовестного подхода к описанию и пониманию самой ситуации происшествия.

Сюда же приходится отнести и очевидно не нейтральное по смыслу предположение автора о том, что «водитель не виноват» (с отсылкой к неким «предварительным данным»), открывающее публикацию.

 

  1. Оставаясь в рамках своей компетенции и не обсуждая темы виновности или невиновности конкретных участников конкретного ДТП, Коллегия обращает внимание на следующие обстоятельства, заслуживающие, как представляется, внимания обеих сторон информационного спора.

Первое. Оспоренный материал существовал и существует только в виде публикации на сайте.

Второе. Уже на 06.07.2019 г. на сайт «МК» была выложена радикально сокращённая версия материала, формально снявшая упрёк во вторжении в частную жизнь потерпевшего и членов его семьи.

Третье. Сам подход к криминальной новости, продемонстрированный первоначальной версией оспоренного материала, не является выпадающим из ряда, не характерным для газеты и её сайта: таков или близок к таковому «фирменный» стиль подачи материалов о происшествиях, годами поддерживаемый в «МК». Т.е. речь идёт об определенной редакционной установке, которой следуют и те, кто материалы такого рода готовят, и те, кто пропускают их к массовому читателю в печатном или электронном виде.

9.1. Что касается факта публикации оспоренного текста исключительно на сайте: Коллегия, безусловно, соглашается с тем, что не перевод «на бумагу» в известной мере локализовал урон, нанесённый его появлением на свет не только заявителям. При этом признание урона локализованным, отнесение самого факта публикации текста только на сайте к категории выбора «меньшего из двух зол» не должно означать недооценки самого урона, непризнания зла – именно злом: пусть даже и «меньшим».

9.2. Распространяя сказанное на ситуацию с появлением на сайте второй редакции оспоренного текста: Коллегия находит безусловно оправданной и максимально быстрой замену редакцией сайта текста недопустимого на текст, лишённый признаков вторжения в частную жизнь.  Признавая этот факт существенным, Коллегия напоминает, вместе с тем, и об одной тысяче посетителей сайта, успевших ознакомиться с текстом в его первоначальном виде, и о том, что из интернета никуда не делись перепечатки текста именно недопустимого по профессиональным меркам. Сказанное означает, что говорить о минимизации вреда, нанесённого первоначальной публикацией, приходится весьма условно.   

9.3. И, наконец, о том, что относится исключительно к компетенции самой редакции, о редакционной политике в той части, какой она обнаруживается в т.н. «криминальной» хронике издания. Коллегия, признавая сущее сущим, рассматривает устойчивое сочетание собственно новостной и «скандальной» составляющей в линейке информаций «МК» о происшествиях и «криминальных» событиях скорее дурной «традицией», чем успешным, достойным внимания инструментом обеспечения читательского интереса и читательского доверия к газете.

 

  1. Коллегия признаёт факт распространённости подхода «так принято», «это общий порядок», «таковы традиции» (причём не только в «МК» и не только в России), оправдывающего как практику публикации материалов, родственных оспоренному, так и практику использования «грязных» (но при этом вполне законных) методов сбора информации при их подготовке.

Признавая такой подход действительно широко распространённым, приносящим надёжную прибыль владельцам СМИ и обеспечивающим самим СМИ устойчивую поддержку потребителей, формирующих массовый «читательский запрос» определённого толка, Коллегия, оглядываясь на пример оспоренной публикации, настаивает на необходимости отделять дурные «традиции» в журналистике, в том числе, российской, от традиций, связанных с поддержанием и развитием культуры профессии. В данном случае речь идёт о важности профессионального самоограничения журналиста и редакции в ситуациях, связанных, как минимум, с гибелью конкретного человека.

Коллегия напоминает, что общечеловеческое «поступай по отношению к другим так, как ты хотел бы, чтобы поступали с тобой», в журналистской профессии имеет чёткие профессионально-этические ориентиры: не допускай вторжения в частную жизнь. Не занимай позицию одной стороны, если не имеешь возможности получить взгляд на ситуацию другой. Избегай тенденциозности при освещении конфликтных ситуаций. Не нарушай профессиональных запретов в ситуациях, не относящихся к тем крайним случаям, которые могут быть превращены (именем «общественного интереса») в прозрачные только методом журналистского расследования.

 

  1. Признавая ситуацию, связанную с публикацией «Страшное ДТП в парке «Кусково»…», изначально дефектной, ставящей под сомнение уровень профессионализма как автора текста, так и тех, кто давал «добро» на его публикацию на сайте, Коллегия обращает внимание на проблемы редакционного контроля за текстами, подготовленными к публикации, в том числе, на сайте, с одной стороны, – и отсутствия своевременной профессиональной реакции редакции на конкретные конфликтные ситуации, вызванные публикациями материалов с очевидными отклонениями от профессионально-этических норм, с другой.

 

  1. Коллегия считает ошибкой редакции «МК» оставление без ответа письма М.О. Шептухиной на имя главного редактора газеты.

Памятуя о том, что «профессиональная честность проявляется в готовности признать и исправить допущенную ошибку» («Медиаэтический стандарт. Принцип 4. Профессиональная честность журналистов»), Коллегия надеется, что редакция найдёт возможность связаться с заявителями и, как минимум, ответить на вопросы, оставшиеся без ответа при рассмотрении информационного спора: начиная с уже упомянутого вопроса о владельце конкретного номера мобильного телефона.

 

  1. Учитывая, что адресатом жалобы не подписано Соглашение о признании профессионально-этической юрисдикции Общественной коллегии по жалобам на прессу, Коллегия освобождает заявителей от принятого на себя обязательства не использовать вынесенное по их обращению решение Общественной коллегии по жалобам на прессу для продолжения данного информационного спора в судебном, ином правовом или административном порядке.

 

  1. Общественная коллегия просит:

- редакции журналов «Журналист» и «Информационное право» - опубликовать состоявшееся решение Общественной коллегии;

- факультет журналистики МГУ им. М.В. Ломоносова, а также факультеты журналистики других вузов – обсудить состоявшееся решение Общественной коллегии со студентами, изучающими профессиональную этику;

- Комиссию Общественной палаты Российской Федерации по развитию информационного сообщества, СМИ и массовых коммуникаций – принять к сведению состоявшееся решение Общественной коллегии.

 

 

ПОЛНЫЙ ТЕКСТ РЕШЕНИЯ КОЛЛЕГИИ

 

Поделиться в социальных сетях

Подать жалобу

Укрепление негативных стереотипов, искажение высказываний, изложение несуществующих фактов, сокрытие истинной информации, необоснованное обвинение, публикация за взятку или взятка за непубликацию - жалуйтесь, если ваши права были нарушены, а интересы ущемлены прессой!
Проект реализуется с использованием гранта Президента Российской Федерации на развитие гражданского общества, предоставленного Фондом президентских грантов

Сайт Фонда президентских грантов