26 августа 2016
Рассмотренные жалобы

Жалоба на "Вести недели" из-за освещения митингов в Киеве - Решение Коллегии

Оглавление

 

РЕШЕНИЕ

«О жалобе Комиссии по журналистской этике (Украина) на программу «Вести недели» (телеканал «Россия-1») и её ведущего Дмитрия Киселёва в связи с выходом в эфир сюжета «Украинское вече» (выпуск от 08.12.2013)

г. Москва, 13 февраля 2014г. №98

На 95-м заседании Общественной коллегии по жалобам на прессу ad hoc коллегия в составе председателя Палаты медиа-аудитории Юрия Казакова (председательствующий), членов Палаты медиа-сообщества Ирены Лесневской, Бориса Резника, Алексея Симонова, членов Палаты медиа-аудитории Евгения Гонтмахера, Сергея Есина, Виктора Монахова, Дмитрия Орешкина рассмотрела жалобу Комиссии по журналистской этике (Украина) на программу «Вести недели» (телеканал «Россия-1») и её ведущего Дмитрия Киселёва в связи с выходом в эфир сюжета «Украинское вече» (выпуск от 08.12.2013)

Вопросы процедуры. Заявитель, Комиссия по свободе слова (Украина, г. Киев), в лице председателя Комиссии В.П. Мостового, подписала Соглашение о признание профессионально-этической юрисдикции Общественной коллегии по жалобам на прессу.

Позиция Дирекции ГТК «Россия-1», первое уведомление которой о принятии жалобы к рассмотрению Коллегией было произведено 31 декабря 2013 г., к моменту проведения заседания осталась не прояснённой. Неоднократные попытки Коллегии пригласить адресата жалобы к её рассмотрению не получили ответа.

В процессе подготовки к заседанию по жалобе были подготовлены два экспертных мнения: д.филос.н. проф. Шайхитдиновой С.К., эксперта Коллегии, и К.А. Назаретян, эксперта по проблемам профессиональной этики журналиста.

Открытая часть заседания Коллегии прошла в режиме интернет-связи (skype) с заявителем, В.П. Мостовым и его коллегами. Р

Позиция заявителя в обращении выражены следующим образом:

- сюжеты Дм. Киселёва в «Вестях недели» о событиях в Украине, включая и сюжет «Украинский майдан», «отличаются тенденциозно подобранным видеорядом, синхронами, которые, будучи вырваны из контекста, искажают смысл сказанного, и являются попытками авторов сюжетов создать “доказательную базу”, подтверждающую их суждения»;

- в сюжете, выпущенном в эфир 8 декабря, при описании событий в Украине 30 ноября и 1 декабря Дм. Киселевым был «сознательно нарушен хронологический порядок событий: силовой разгон мирной акции протеста на Майдане Независимости, который произошел 30 ноября, представлен как следствие действий провокаторов, во время акции протеста возле администрации президента, которые на самом деле происходили 1 декабря»;

- освещение событий в сюжете от 8 декабря носило односторонний характер: «в оспариваемом сюжете не было сообщения, что в результате акции протеста возле администрации президента, которые произошли после силового разгона Евромайдана, пострадало не менее 200 митингующих и в т.ч. более 40 журналистов». (По мнению заявителя, выводами о том, что именно организаторы должны нести ответственность за провокаторов и вообще за общественный порядок во время проведения акции, и что единственными пострадавшими во время акции 1 декабря являлись сотрудники правоохранительных органов, «автор и ведущий сознательно ставит под сомнение право на свободу собраний, как одну из истинных основ демократии, закрепленную в международных договорах по правам человека».);

- комментарий автора к приведённому в сюжете от 8 декабря фрагменту видеозаписи лидера партии «Свобода» Тягнибока «является диффамационным и “подогнанным” под выводы автора и ведущего, поскольку видео, снятое скрытой камерой, не может относиться к событиям на Майдане Независимости, которые происходят сейчас в Украине, т.к. впервые было продемонстрировано в сети Интернет 15 октября 2012 года»;

- диффамационным и также «подогнанным» под выводы о «сценарии» и «совместной с Западом постановке» является утверждение ведущего о том, что «большую часть бюджета на запуск украинского Общественного телевидения» оплатили американцы. («Получился вполне себе "майданный канал"».)

- оспариваемый сюжет содержит «язык ненависти»; российские федеральные телеканалы, в первую очередь телеканал «Россия», освещая события в Украине тенденциозно и необъективно, разжигают нетерпимость, недоверие и вражду между Украиной и Российской Федерацией, между Российской Федерацией и «Западом».

Обстоятельства, установленные в ходе заседания Общественной коллегии. Выступая на заседании, В.П. Мостовой уточнил, что с творческой лабораторией г-на Киселёва он и его коллеги имели возможность ознакомиться детально за время работы ведущего нынешних «Вестей недели» на украинском телевидении. «Это продолжалось не один год, так что каких-то неожиданностей в освещении событий, в том числе, именно в этом сюжете, для членов Комиссии не было. Давая ему оценку в жалобе, Комиссия сознательно не делала акцента на оценочных суждениях, а говорила только о подтасовке или извращении фактов».

«Я не скажу, что у нас вся журналистика едина в оценке Майдана и всего, что за этим стоит. Но учитывая то, что мы живём сейчас в обществе, в котором почти каждый является автономным аналитиком, мы задачу журналиста видим в том, чтобы предоставлять обществу чёткую, объективную, правдивую информацию. А анализ, выводы, умозаключения остаются за потребителями нашей продукции.

Нам представляется, что г-н Киселёв погрешил против профессиональных стандартов, против журналистской этики».

На вопрос о том, как, по его мнению, работа г-на Киселёва влияет на отражение России и российского народа в глазах украинского народа, В.П. Мостовой дал следующий ответ: «Телеканал “Россия-1” в Украине смотрят миллионы людей. Весьма субъективные оценки г-на Киселёва многими воспринимаются как оценка в России и в Москве тех политических процессов, которые сейчас идут в Украине. Вы понимаете, что у украинских телезрителей отсюда складывается определенное мнение.

Г-н Киселёв работает эффектно, хлёстко, но не всегда глубоко – и весьма тенденциозно. Я 47 лет в журналистике. И застал все те периоды, когда шло общежурналистское “ату!”: по пражским реформаторам, по польской “Солидарности”, по “литературному власовцу” Солженицыну, по Сахарову, “продавшемуся за Нобелевскую премию”. Именно таким “холодком”, мягко говоря, повеяло с телеэкранов, когда г-н Киселёв в стиле Потапова, Зорина, Жукова излагал свою точку зрения».

Отвечая на вопрос о том, относит ли заявитель сюжет, ставший предметом информационного спора, к политической журналистике, пусть даже имеющей признаки тенденциозности, или к пропаганде, В.П. Мостовой уточнил: «И построение материала, и инструментарий, которым он пользуется, и используемая риторика – всё говорит о том, что это именно пропаганда. Которая от журналистики ещё более далека, чем “пиар”».

В.П. Мостовой выразил убеждение, что объективность является основополагающим принципом журналистики, и что предоставление слова другой стороне (а с тем и предоставление возможности потребителю информации узнать и понять, чем эта, другая сторона руководствуется) признаётся одной из первых обязанностей журналиста, в том числе, в авторской журналистике. «Журналист, если он не может показать всю правду, должен стремиться к возможно большей степени полноты выражения той части правды, которая ему доступна».

На вопрос о причинах появления в жалобе понятия «язык вражды» (в тексте заявления в Коллегию использовано словосочетание «язык ненависти»), председатель Комиссии по журналистской этике ответил: он не берётся утверждать, что это делается осознанно (хотя похоже на то), но вольно или невольно г-н Киселёв разжигает противостояние украинских «востока» и «запада». «Не скажу что в связи с его сюжетами, но после них у нас пошли призывы к федерализации, к разделению Украины. Но у нас это сделать невозможно, понимаете? Потому, что если мы сойдёмся на том, что Харьков – это “русский город”, то Харьковская область – нет.

Если мы сойдёмся на том, что Донецк – это “русский город”, то вокруг него, по сёлам, большинство людей говорят на украинском и чувствуют себя украинцами. Т.е. раздел Украины - по Днепру ли, по другому какому-то рубежу - невозможен. А такие выступления поднимают температуру в нашем обществе, прямо или косвенно подталкивают к мыслям о возможном расколе Украины. Вот это и есть, с нашей точки зрения, “язык вражды”».

К.А. Назаретян, эксперт по проблемам журналистской этики, в выступлении на Коллегии подчеркнула, что в сюжете, предложенном ей к профессиональному и именно этическому анализу, не нашли отражения базовые ценности журналистской профессии. Подчеркнув, что все ценности, в том числе, профессиональные, одновременно в жизнь претворены быть не могут, эксперт отметила: мастерство журналиста, его этическое чувство проявляются в снятии ценностных противоречий, в нахождении равновесия между ценностями, в сознательном выборе той или иной ценности не в ущерб другим. Попыток такого рода в рассматриваемом материале, однако, не обнаруживается.

Коллегия ознакомилась также с «мнение эксперта» проф. С.К. Шайхитдиновой, эксперта Коллегии.

С учетом всего изложенного выше Общественная коллегия приняла следующее решение.

РЕШЕНИЕ

1. Коллегия считает правомерными, обоснованными, подкрепленными серьёзными аргументами большинство позиций жалобы Комиссии по журналистской этике на сюжет «Украинское вече». (Выпуск программы «Вести недели» от 08.12.2013 г.)

1.1. Коллегия считает обоснованным обвинение заявителем автора и ведущего программы «Вести недели» в сознательном нарушении хронологического порядка событий 30.11.-1.12. 2013 г. Полагая, как и заявитель, неделю достаточным сроком для подготовки материала достоверного и добросовестного, не содержащего ложного ответа на существенный вопрос о том, какая из сторон противостояния первой применила силу, Коллегия рассматривает то обстоятельство, что «силовой разгон мирной акции протеста на Майдане Независимости, который произошел 30 ноября» в программе от 8 декабря был «представлен как следствие действий провокаторов во время акции протеста возле администрации президента, которые на самом деле происходили 1 декабря», дезинформацией, адресованной российскому телезрителю, российскому общественному мнению.

Коллегия находит связанную с этой «путаницей», но адресованную украинскому телезрителю реплику Дм. Киселёва в программе от 15.12. 2013 г. («Я искренне хочу выразить признательность зрителям программы «Вести недели» в Украине, которые обратили внимание на наши помилки (ошибки, - укр.; Коллегия) в прошлое воскресенье. Ну, схибили (оплошали, - укр, Коллегия), что, впрочем, никак не отменяет простроенной логики киевских беспорядков») уловкой, рассчитанной, на непонимание смысла сказанного большинством российских телезрителей. Пропустив мимо ушей «ошибки» и «оплошали», телезрители упустили из виду и сам предмет «путаницы».

Коллегия считает показательным то, что ни внятного уведомления о совершённой подмене факта вымыслом, ни добросовестной оценки «ошибки», ни, тем более, извинений за введение в заблуждение десятков миллионов людей как российские, так и украинские телезрители от Дм. Киселёва не дождались. Это обстоятельство подтверждает вывод эксперта К.А. Назаретян о том, что ни ценность правды, ни ценность честности не обнаруживаются существенными для «творчества» автора и ведущего программы «Вести недели».

1.2. Коллегия подтверждает обоснованность вывода заявителя о том, что освещение событий в рассматриваемом сюжете носит односторонний характер. (Говоря о пострадавших сотрудниках правопорядка, ведущий не говорит о пострадавших днём ранее, при силовом разгоне Евромайдана, митингующих и журналистах; игнорируя логику, он же утверждает, что ответственность за провокаторов должны нести именно организаторы протеста).

1.3. Коллегия обращает особое внимание на то, что, выдерживая эту линию, ведущий убеждает телезрителя, что «легитимной власти» («партии порядка») противостоит не реальное многообразие протестующих, а достаточно однородная в пестроте и при этом заведомо небескорыстная масса «вандалов». Ведущий программы прибегает к прямой дезинформации (включение в качестве актуальной информации фрагмента снятого скрытой камерой видеосюжета 2012 года) и к активному использованию мотива внешнего «сценариста», заговора использующих «Майдан» - как «простроенную логику беспорядков», в том числе, - в антиукраинских и антироссийских целях.

1.4. Коллегия соглашается с оценкой заявителем сказанного Дм. Киселевым об украинском Общественном телевидении («во всяком случае большую часть бюджета на запуск украинского Общественного телевидения, как было объявлено, оплатили американцы. Получился вполне себе "майданный канал") как с диффамационным утверждением и «подгонкой» к общей установке автора, к его взгляду на события в Киеве как на «сценарий» и «совместную постановку с Западом».

Принимая к сведению информацию заявителя о финансовом отчёте «Громадського ТБ», о публичной установке его журналистов на независимость редакционной политики («никакой размер пожертвований не даёт права пожертвователям влиять на редакционную политику»), а также о том, что Комиссией по журналистской этике «не зафиксировано ни одной жалобы на “Громадське ТБ”, т.е. нет фактов, которые бы свидетельствовали о заангажированности журналистов и общественного телевидения», Коллегия обращает внимание на сам факт запуска ведущим программы российской государственной телекомпании механизма подрыва доверия к общественному телевидению соседней страны.

Диффамационный в основе подход к зарубежному общественному вещателю, предполагаемому - в силу природы общественного вещания - независимым и ответственным, добросовестно выполняющим функции «ориентира для всех членов общества» и «фактора социального сплочения, а также интеграции всех групп и общин» (раздел «Политические подходы к общественному вещанию» документа ПАСЕ «План стратегических действий по развитию средств массовой информации в демократическом обществе»), ослабляет, как представляется Коллегии, информационную безопасность граждан, гражданского общества в Украине и в корне противоречит установке на честную конкуренцию субъектов в современной медиасфере.

1.5. Коллегия безусловно разделяет обеспокоенность и озабоченность заявителя в отношении воздействия «антимайданной» пропаганды в том её конкретном выражении, которое обнаруживается в рассматриваемом сюжете (но также и в «тематических» сюжетах программы «Вести недели» от 01.12. и 15.12.2013 г., на которые содержались отсылки в жалобе), на взаимоотношения граждан и народов двух стран и в этом значении – на межличностные, межсемейные, международные (в негосударственном понимании) связи и отношения.

1.6. Коллегия принимает к сведению обвинение заявителем программы «Вести недели» и её ведущего в использовании «языка ненависти», а равно и отсылку - в порядке подкрепления данной позиции - к Венской Декларации и Декларации о средствах массовой информации в демократическом обществе, принятой на 4-й Европейской Конференции на уровне министров по вопросам политики в области средств массовой информации (Прага, 7-8 декабря 1994 года).

Коллегия замечает, в свою очередь, что термин «разжигание ненависти» - применительно к случаям «разжигания ненависти через средства массовой информации» - трактуется Приложением к Рекомендации № R (97) 20 Комитета министров Государствам-участникам по вопросам «разжигания ненависти» (1997 г.) как «понятие, покрывающее все формы самовыражения, которые включают распространение, провоцирование, стимулирование или оправдание расовой ненависти, ксенофобии, антисемитизма или других видов ненависти на основе нетерпимости, включая нетерпимость в виде агрессивного национализма или этноцентризма, дискриминации и враждебности в отношении меньшинств, мигрантов и лиц с эмигрантскими корнями». И что приведенная заявителем формула: «мы осуждаем все формы самовыражения, разжигающие нетерпимость, поскольку они подрывают безопасность демократии, культурное единство и плюрализм» получила конкретное воплощение, в т.ч., в Приложении «Критерии для идентификации СМИ и методологические принципы градуированного и дифференцированного подхода» к Рекомендации СМ/Rec (2011)7 Комитета министров государствам-членам о новом понятии СМИ. Согласно п. 91 данного Приложения, «СМИ должны воздерживаться от распространения возбуждения ненависти и иного контента, который призывает к насилию или дискриминации по какому-либо признаку».

1.6.1. Коллегия уточняет, однако, что именно отсутствие в рассматриваемом сюжете прямых призывов к насилию или дискриминации по какому-либо признаку не позволяет ей поддержать данную позицию жалобы в том виде, в каком она сформулирована заявителем.

1.6.2. Указанное обстоятельство, по мнению Коллегии, не снимает вопроса о границе, за которой текст, распространяемый СМИ, если и не перестаёт находиться - по факту, в силу своего характера и направленности - под защитой ст. 10

Европейской конвенции, то, как минимум, заставляет напомнить о смысле и содержании Принципа 1 и Принципа 7 упомянутого выше Приложения к Рекомендации № R (97) 20 Комитета министров Государствам-участникам по вопросам «разжигания ненависти».

Коллегия напоминает, что согласно Принципу 1, «Правительства государств-участников, органы власти и государственные учреждения национального, регионального и местного уровней, а также официальные лица, несут особую ответственность в плане проявления сдержанности в отношении заявлений, в первую очередь перед средствами массовой информации, которые могут быть обоснованно восприняты как разжигание ненависти или как высказывания, способные воздействовать в интересах легитимизации, распространения или стимулирования расовой ненависти, ксенофобии, антисемитизма или другой формы дискриминации или ненависти, основанных на нетерпимости. Такие заявления должны быть запрещены и подвергнуты публичному осуждению во всех случаях их совершения».

Коллегия напоминает также, что Согласно Принципу 7, «законодательство и судебная практика должны учитывать, что:

- журналистское освещение вопросов расизма, ксенофобии, антисемитизма и других форм нетерпимости полностью защищено Статьей 10, часть 1, Европейской конвенции по правам человека и может быть ограничено только в соответствии с условиями, указанными в части 2 указанной статьи;

- стандарты, применяемые национальными органами власти государств в отношении оценки необходимости ограничения свободы самовыражения, должны соответствовать принципам, изложенным в Статье 10, а также прецедентному праву органов Конвенции, с учетом, помимо всего прочего, характера, содержания и цели журналистской деятельности;

- уважение журналистских свобод также подразумевает, что суды и органы государственной власти не должны навязывать средствам массовой информации свои воззрения относительно приемлемых для журналистов методов ведения профессиональной деятельности».

1.6.3. Коллегия подчеркивает, вместе с тем, что Принцип 7 подразумевает именно и только журналистскую, а не любую другую деятельность в СМИ.

2. Коллегия обращает внимание на то, что попытка К.А. Назаретян «примерить» к сюжету базовые ценности журналистики, привела эксперта к следующему выводу: «в телевизионном сюжете Д. Киселева «Украинское вече» не получили отражения пять из семи базовых этических ценностей журналистки: социальная ответственность, правда, непричинение вреда, беспристрастность и справедливость. Это дает нам основания считать, что рассматриваемая журналистская работа не соответствует принятым в мире и в России стандартам профессиональной этики».

Сказанное подтверждает как утверждение самого заявителя, так и выводы Коллегии, подкреплённые «мнениями» обоих экспертов, о том, что рассматриваемый видеосюжет имеет четкие признаки пропаганды, осуществляемой через программу, выходящую в воскресный прайм тайм на государственном телеканале.

Исходя из этой данности, Коллегия полагает принципиально невозможной оценку сюжета «Украинское вече» по критериям профессиональной журналистики (политической журналистики, телевизионной публицистики, авторского телевидения и т.д.).

Учитывая то, однако, что программа «Вести недели» воспринимается большинством телезрителей как информационно-аналитическая и журналистская в основе, Коллегия полагает полезным зафиксировать в настоящем решении ряд позиций, позволяющих отличать пропаганду от журналистики, во-первых. И, во-вторых, с необходимой определенностью выразить отношение органа медийного саморегулирования к той достаточно специфичной части телевизионной практики, существенной составной частью которой выглядит воскресная программа Д.К. Киселёва.

2.1. Признавая расхождение со своим экспертом по одному из пунктов оценки видеосюжета «Украинское вече» (исключение экспертом мотива сознательной подтасовки – как способа манипулирования ведущего телезрителями), Коллегия, вместе с тем, обращает внимание на следующие позиции «мнения эксперта» проф. С.К. Шайхитдиновой, позволяющие признать претензии заявителя по части тенденциозности сюжета, нарушенной хронологии фактов и вмонтированных в сюжет съемок скрытой камерой, не относящихся к событиям на Майдане правомерными:

- в сюжете «происходит перевес концепции произведения над его фактуальной основой, что дает повод для рассмотрения данного сюжета не как журналистского, а как пропагандистского». (Данный перевес, по мнению эксперта, выразился в следующих структурных элементах текста: действия основных персонажей – государств и политических сил в лице их лидеров - полностью исключают свободу воли граждан, «просто людей». Протестующие выведены в сюжете или как «жертвы» или как «орудие» геополитических сил. Создано впечатление, что известные движущие силы революций, когда «“верхи” не могут, а “низы” не хотят», полностью «отменены» новейшими политтехнологиями. Вопрос о наличии внутренних противоречий в сфере интересов между населением и власть предержащими в государстве с таким мощным протестным движением снят с повестки вообще, этой темы как бы не существует. В соответствии с этим выстроен и образ оппозиции – он статичен, однообразен, различия между разными направлениями оппозиции не делается. Лидерам оппозиции вменяется ответственность за все проявления протестного движения.);

- сюжет «выстроен на основе полного дуализма интересов, по принципу “черное-белое”, без полутонов». (Эксперт уточняет, что «с точки зрения “потребительской ценности” для обыденного сознания в этом заключается привлекательность подобного рода материалов: массовому российскому зрителю, который с тревогой смотрит на экран, где показываются столкновения, жертвы, беспорядки у ближайшего соседа, тут же внятно и четко ведущий говорит о причинах этого, расставляет акценты по “нашим” и “не нашим”. Такой подход к освещению темы, как нам видится, приветствуется той - значительной - частью телевизионной аудитории, которая не сидит в Интернете, представляет собой зрелое поколение с советским опытом идеологического распределения акцентов в СМИ».);

- выявляемое сюжетом «преобладание пропагандистской функции над функциями журналистики оттесняет документальные образы на второй план». («Сюжетообразующими становятся образы символического ряда: “расчлененная” новогодняя елка, проломленная защитная каска, Майдан как “точка перегрева на теле Украины”, Валхалла… Художественно - публицистический взгляд на разворачиваемое событие, как известно, уместен, когда “История” уже расставила акценты, когда после этого уже был спокойный период осмысления случившегося. В данном случае сюжет был подготовлен, когда до кульминации события дело еще не дошло, исход не ясен. В этой связи образные аллегории, их «эпичность», концептуальная завершенность выглядят преждевременными, навязывающими жестко определенный угол зрения».)

2.2. Уточняя, что заявитель сам обозначил некоторые признаки пропаганды в текстах «Вестей недели» («По мнению Комиссии, все эти сюжеты отличаются тенденциозно подобранным видеорядом, синхронами, которые, будучи вырваны из контекста, искажают смысл сказанного, и являются попытками авторов сюжетов создать «доказательную базу», подтверждающую их суждения»), Коллегия посчитала практически полезным напомнить о таких системных признаках пропаганды, как:

- «объектное» отношение «пропагандиста» к субъекту, конкретному человеку, общественной группе, обществу;

- целенаправленное сведение многомерного к двумерному, цветного к черно-белому; сужение поля личного морального выбора и ответственности за выбор;

- наличие четкой, подлежащей реализации цели как ожидаемого итога воздействия на «объект», - с определенным изменением (или поддержанием) «картины мира» в его сознании; в идеале - с переведением «наведенного» убеждения в поступок и образ действий;

- последовательная реализация комплекса задач, каждая из которых не имеет отношения к задачам и базовым функциям журналистики (информировать, просвещать, развлекать);

- целевой, работающий на жесткий «сценарий» отбор фактов, активное обращение к дезинформации, там, где это представляется полезным и возможным, манипулирование фактами, статистическими данными, мнениями, включая экспертные, или сдвиг акцентов там, где прямая дезинформация представляется «непроходной»;

- действие в логике «цель оправдывает средства»; использование средств и методов, сплошь и рядом несовместимых с такими ценностями, как честность, правдивость и т.д.

- присутствие (обнаружение, создание, доработка) «образа врага»; внесение в массовое сознание и поддержание в нём разделения на «мы» (правильные, с истинными ценностями, с настоящей правдой) и «они»: с отрицательным набором по тем же позициям. (Предельно четкое разделение встречается обычно в пропаганде «лобовой», ориентированной на достаточно примитивного адресата усилий пропагандиста.);

- формирование убеждения в моральной оправданности любого поступка по отношению к «врагу», в том числе – «внутреннему врагу», в том числе – врагу потенциальному, в том числе – к лицу, недостаточно лояльному по отношению к государственным институтам, конкретным носителям власти, идеям или ценностям, прокламируемым в качестве соответствующих государственным интересам и национальным традициям.

- повседневное убеждение, повторяющаяся последовательность вбрасываемых в обсуждение тем, примеров, образов; как правило – апелляция к традиционным ценностям как к единственным устойчивым в неустойчивом мире, а потому и самым «главным» в иерархии ценностей;

- апелляция преимущественно к эмоциям, к чувствам, а не разуму,

- игра на страхах, предубеждениях, фантомных болях; активное использование историй о злодеяниях и зверствах; широко распространённый рабочий приём – сообщение о жестокости, насилиях.

- работа «под прикрытием журналистики», стремление играть или выполнять роль первичного источника новостей;

- формирование СМК-моделей, включая модели поведения, конструирование ситуаций, подлежащих обсуждению, сосредоточение внимания - с перенесением его из зон, уводимых при этом в тень, - на пропагандистских конструктах, виртуальных реальностях;

- фабрикация признаков надежности, в том числе, источников информации;

- формирование лояльности адресата пропагандистского воздействия к системе институтов и идей, которым служит пропагандист.

2.3. Коллегия считает необходимым специально отметить следующие обстоятельства:

- сюжет «Украинское вече», сконструированный в логике подгонки жизни под пропагандистскую «колодку», подкрепляющий отобранными кадрами репортажа «установочные» обобщения ведущего, отличается оскорбительно низким качеством, расчетом на неразборчивость, нетребовательность, всеядность информационно зависимой части российского общества, а равно и на распространение и закрепление в российском обществе в целом именно этих начал;

- сюжет «Украинское вече», не способствуя укреплению доверия народов, формирует ложный образ российской журналистики, российской культуры, российского общества в глазах украинской аудитории;

- сюжет «Украинское вече» может быть признан достаточно типичным, отвечающим «тренду» на подмену анализа проблем и причин их возникновения обсуждением и дискредитацией отдельных персонажей или групп граждан; на предоставление аудитории готовых рецептов и ярлыков там, где культура демократии и культура журналистики предполагают предоставление гражданину информации к размышлению, самостоятельной оценке, совместному обсуждению.

2.4. Находя ситуацию расширения и укрепления присутствия пропаганды в сфере массовой информации России определенно ненормальной, Коллегия считает необходимым обратить на неё внимание журналистского сообщества, средств массовой информации как на репутационно рискованную для добросовестной журналистики. И уже по этой причине заслуживающую как серьёзной профессиональной дискуссии, так и общественного мониторинга.

3. Общественная коллегия просит:

- редакции журналов «Журналист» и «информационное право» - опубликовать состоявшееся решение Общественной коллегии;

- Факультет журналистики МГУ им. М.В.Ломоносова, а также факультеты журналистики других вузов – обсудить состоявшееся решение Общественной коллегии со студентами, изучающими профессиональную этику журналиста и медиаэтику;

- Комиссию Общественной палаты Российской Федерации по поддержке средств массовой информации как основы гражданского общества, обеспечению свободы слова и доступу к информации – принять к сведению состоявшееся решение Общественной коллегии.

Настоящее решение принято консенсусом.

Председательствующий,

Ю.В. Казаков

 

Подрыв деловой репутации, укрепление негативных стереотипов, искажение высказываний, изложение несуществующих фактов, сокрытие истинной информации, необоснованное обвинение, публикация за взятку или взятка за непубликацию - жалуйтесь, если ваши права были нарушены, а интересы ущемлены прессой!

Подать жалобу