Мнение эксперта - Страница 3

Оглавление

 

Мнение эксперта,

кандидата философских наук Карины Назаретян, о выпуске передачи «Теория заговора» под названием «Шпионаж под видом религии», показанном на телеканале «Звезда» 17.10.2017 [1]

 

Обращение представителей новых религиозных движений (НРД) в Общественную коллегию по жалобам на прессу уже стало традицией. Среди заявителей были последователи как крупных НРД — таких как Свидетели Иеговы [2], Церковь Иисуса Христа святых последних дней [3] и Саентологическая церковь [7], так и менее известных — например, «Радастеи» [5]. В большинстве случаев Коллегия выражала озабоченность тем, как в соответствующих СМИ подходили к освещению их деятельности. Речь шла о разных медиаорганизациях, и это может свидетельствовать о том, что в России в целом недостаточно хорошо проработаны (либо плохо усвоены журналистами) этические принципы освещения вопросов, связанных с религиозными меньшинствами. Эти принципы уже неоднократно озвучивались как экспертами Коллегии, так и самой Коллегией в её решениях, поэтому изложение их в этом тексте будет в основном повторением уже проговоренного. Но, учитывая низкую (по всей видимости) осведомленность российских журналистов об этих этических принципах, такое повторение, скорее всего, оправдано.

 

Принципы освещения религиозных вопросов

Любой журналист, освещающий религиозные вопросы, сталкивается с основной этической проблемой: как рассказать о религии таким образом, чтобы, с одной стороны, продемонстрировать уважение к религиозным чувствам её адептов (помня о том, что право исповедовать ту религию, которую хочется, — это одно из базовых прав человека), с другой — осведомить общество об опасностях, которые могут быть связаны со следованием тем или иным религиозным правилам (например, с запретом на переливание крови у Свидетелей Иеговы, с неприятием абортов католической церковью или с ВИЧ-диссидентством, одобряемым некоторыми православными священниками). Социальная ответственность журналиста в этом случае заключается как в том, чтобы попытаться оградить общество от негативных проявлений религий, так и в том, чтобы не допустить стимулирования межконфессиональной розни. Чтобы успешно пройти по этой тонкой линии, журналисту следует, прежде всего, соблюдать принцип беспристрастности: сохранять максимально непредвзятую позицию, абстрагируясь от собственных религиозных воззрений и воздерживаясь от необоснованной критики или необоснованной похвалы в адрес той или иной религии.

Общие принципы освещения религиозных вопросов, содержащиеся во многих журналистских этических кодексах, чаще всего сводятся к противодействию дискриминации. Российские кодексы — не исключение. «[Журналист] воздерживается от любых пренебрежительных намеков или комментариев в отношении расы, национальности, цвета кожи, религии, социального происхождения или пола, а также в отношении физического недостатка или болезни человека. <…> Журналист обязан безусловно избегать употребления оскорбительных выражений, могущих нанести вред моральному и физическому здоровью людей», — написано в Кодексе профессиональной этики российского журналиста [6]. «СМИ и журналисты должны профессионально противостоять насилию, ненависти, конфронтации, дискриминации по культурным, религиозным и иным основаниям», — гласит «Медиаэтический стандарт — 2015», принятый ОКЖП [7].

Если рассматривать иностранные журналистские этические кодексы, то подробно проработанные правила, касающиеся освещения религий, есть, например, в кодексе «Би-би-си» — там этому вопросу посвящён целый раздел. Одна из ключевых позиций в нём звучит так: «Мы должны стараться избегать неоправданных оскорблений. Мы стремимся достичь этой цели, следя за тем, чтобы в нашем эфире никто не унижал религиозные чувства других людей, но в то же время отстаивая свободу слова» [8].

Основная мысль, которая отражена во многих кодексах и которую разделяют некоторые исследователи журналистской этики, такова: не следует оскорблять или дискриминировать конкретных людей за то, что они исповедуют какое-либо вероучение, но сами вероучения при этом можно и даже нужно критиковать.

Отдельно стоит упомянуть об этичности использования слова «секта» в отношении НРД. Дело в том, что в науке это слово используется иначе, чем в обыденной жизни. Авторы учебного пособия «Новые религиозные движения» пишут: «В религиоведении этот термин совершенно нейтральный, не несущий на себе никакой положительной или отрицательной нагрузки и использующийся для обозначения определённого типа религиозных организаций. Секта — это всего-навсего религиозная группа, сравнительно небольшая по численности, отделившаяся от большого религиозного объединения — Церкви» [9]. В обыденной же речи слово «секта» имеет резко негативные коннотации, подразумевая нечто зловещее, опасное. Называя все нетрадиционные религии сектами, журналисты, с одной стороны, неправильно используют термин (потому что далеко не все из них секты в научном смысле слова), с другой — по всей видимости, намеренно пытаются дискредитировать эти религиозные организации в глазах аудитории. Наиболее корректный термин для обозначения таких религий, принятый научным сообществом, — это именно «новые религиозные движения» (НРД).

 

Жалоба Е.И. Верухиной

Автор настоящей жалобы написала очень лаконичный текст без подробностей: обращая внимание на недостоверную информацию, но не приводя конкретных примеров. Однако этический анализ представленной передачи на телеканале «Звезда» можно провести и в отсутствие примеров, тем более что в большинстве случаев проверка конкретных фактов всё равно выходит за пределы возможностей эксперта-этика.

Передача сделана в жанре документального фильма, и основная мысль в нём такая: НРД (в основном речь идет о Свидетелях Иеговы, мормонах и саентологах, но упоминаются также Белое братство и мунисты) — это агенты американских спецслужб. В целом такая предзаданность повествования (проведение через весь фильм основной мысли, которая доказывается фактами и подтверждается мнениями героев) допустима для этого жанра — но только в том случае, если подобному результату предшествовало честное и беспристрастное журналистское расследование, показавшее перевес фактов в пользу одной из точек зрения. К сожалению, в данном случае есть основания сомневаться в том, что такое расследование было проведено.

 

Манипулятивные приёмы

Основная претензия к фильму заключается в том, что авторы не предоставили ни одного убедительного доказательства в пользу своего главного посыла. Все доказательства при ближайшем рассмотрении оказываются фактами, которые можно интерпретировать по-разному, а вовсе не только в пользу гипотезы авторов фильма. Чтобы придать вес своим словам, авторы используют манипулятивные приёмы — фразы вроде «известно, что…», «как выяснилось», «явно…» и т.д. в отношении вовсе не очевидных утверждений, выстраивание мнимых (алогичных) логических цепочек, представление мнений в виде фактов, непредоставление ссылок на источники информации. Все эти приёмы рутинно используются в пропагандистских материалах и недопустимы в журналистике.

Например, в фильме есть такое утверждение: «На самом деле, якобы защищая демократические ценности, американцы пытаются отстаивать собственные интересы. Ведь известно, что многие представители религиозных меньшинств, а по сути сект, плотно связаны со спецслужбами США». В качестве доказательства приводится информация о том, что в московском центре саентологов «были обнаружены незаконно установленные акустические микрофоны и видеокамеры, относящиеся к категории специальных технических средств негласного получения информации». И дальше закадровый голос говорит: «Иными словами, аппаратура хаббардистам нужна была для шпионажа за своими высокопоставленными адептами. Именно таких людей в свои сети пыталась заполучить эта религиозная организация». Но как из того факта, что в офисе были обнаружены микрофоны и видеокамеры, следует, что они нужны были «для шпионажа за высокопоставленными адептами»? Они могли быть нужны для чего угодно, хотя, конечно, и гипотеза авторов фильма имеет право на существование. Однако это именно гипотеза, которую авторы выдают за факт.

Таких примеров в фильме множество. Так, авторы говорят: «История показывает: американские спецслужбы активно используют секты для дестабилизации ситуации в государстве, которое они намерены сделать подконтрольным». В качестве доказательства приводится статистика: в Украине 195 сект, 50% имеют штаб-квартиры США, а еще 35 получают оттуда финансирование; при этом свидетели Иеговы «принимали активное участие в событиях на Майдане». Однако ни статистика, ни участие свидетелей Иеговы в событиях на Майдане, даже если они и имели место, никак не говорят о том, что за деятельностью этих организаций стоят американские спецслужбы.

Ещё один пример: «В работе против нашей страны иностранные спецслужбы используют как минимум десяток основных вербовочных ловушек (…). Есть и специальная ловушка для любителей секретных обществ». Суть «ловушки» в следующем: «вовлекая кандидата в одно секретное общество (а ведь секта — это не что иное, как общество тайных знаний), профессиональный разведчик без особого труда вербует его и на другую секретную работу. То есть секты — идеальная база шпионских вербовочных операций. И это — далеко не единственное обстоятельство, указывающее на связи спецслужб и сект». Опять же: как одно следует из другого? Что именно из сказанного указывает на связи спецслужб и «сект»? Авторы довольно неуклюже манипулируют словами: гипотезу, которая непременно требует доказательства (будто бы разведчики вовлекают людей в религиозные организации для работы на спецслужбы), они вдруг превращают в «доказательство» самой себя (как будто именно это «обстоятельство» и указывает «на связи спецслужб и сект»).

В качестве обоснования своего основного посыла авторы фильма пытаются использовать всё, что только можно, — например, заявление бывшего президента США Барака Обамы о том, что религиозные свободы во всём мире — это важнейший фактор национальной безопасности США: «Это потрясающее по своей циничной откровенности заявление стало подтверждением того, что уже долгие годы являлось очевидным фактом: ЦРУ и саентологи договорились о взаимодействии». Если бы Барак Обама действительно имел это в виду, заявление и правда было бы потрясающим по своей циничности. Но он, по всей видимости, подразумевал, что религиозные свободы — гарант стабильности в мире и в этом смысле — безопасности США. Однако такую интерпретацию его слов авторы даже не рассматривают.

Историческая справка тоже подаётся в очень вольной форме, и за доказательства здесь снова выдают то, что доказательством считаться не может. Например: «Участие ЦРУ в деятельности Свидетелей Иеговы подтверждается тем, что, несмотря на официальный запрет властей СССР, сектанты нелегально доставляли в Советский Союз литературу». Действительно ли факт поставок литературы в СССР однозначно свидетельствует о сотрудничестве Свидетелей Иеговы и ЦРУ? Нет ли других вариантов объяснения? Авторы фильма, кажется, не задаются этими вопросами и не предлагают их для размышления зрителю.

Кульминацией построения мнимых логических цепочек становятся последние кадры фильма, где закадровый голос сообщает: «А в Россию приехал новый американский посол — Джон Хантсман. По вероисповеданию он — мормон (…). Облава по наши души продолжается». Здесь снова доказуемое встаёт на место доказательства. Вместо того чтобы обосновать, как из вероисповедования нового посла может безальтернативно следовать его намерение организовать «облаву», авторы представляют эту последовательность утверждений как самоочевидную: будто бы сам факт того, что посол — мормон, однозначно доказывает, что облава продолжается.

Многие утверждения, требующие доказательств, преподносятся в фильме и вовсе без попыток их обосновать. Например: «Организаторы сект ныне не только харизматичны, они владеют психотехниками, позволяющими полностью взять под контроль и волю, и разум человека, и, как следствие, — его душу. Причем очень часто это те психотехники, которые можно встретить только в арсенале секретных служб». Откуда эта информация? Без ссылки на убедительный источник это утверждение снова звучит как гипотеза, выданная за факт.

То же самое можно сказать об очень многих других цитатах в фильме: «Одной из приоритетных задач для спецслужб США стало распространение учения Свидетелей Иеговы в Советском Союзе»; «Американские разведчики пытались определить, кто из них («сект лжехристианского направления». — К.Н.) мог бы быть более полезен для разрушения России»; «На предприятиях, прежде всего оборонных (в России в начале 1990-х годов. — К.Н.), внедрялась так называемая технология Хаббарда. По сути это была диверсия, цели которой — промышленный шпионаж и ликвидация производства»; «В 1931-м она (организация Свидетелей Иеговы. — К.Н.) неожиданно набирает огромную популярность среди населения. Как позднее выяснилось, именно в это время произошло слияние секты с ЦРУ, что позволило использовать секретные методики спецслужб для вербовки новых адептов» и т.д. Кем выяснилось? На основании чего авторы всё это утверждают? Эти вопросы остаются без ответа.

В некоторых случаях авторы фильма ссылаются на доказательства, якобы имеющиеся у российских властей, например: «У российских силовых ведомств есть доказательства связи Свидетелей с западными спецслужбами». Возникает вопрос: знакомы ли сами журналисты с этими доказательствами? Хотя бы какого рода эти доказательства? Можно представить себе, что это секретная информация и её нельзя раскрывать, но в таком случае имело бы смысл дать комментарий представителя силового ведомства, который подтвердил бы, что такая информация есть. Любой журналист должен стремиться к тому, чтобы люди понимали, откуда берётся та или иная информация, и могли самостоятельно решать, стоит ли ей доверять.

Два или три раза на протяжении фильма авторы всё-таки маркируют свои гипотезы специальными словами, показывающими, что это именно гипотезы, например: «Спецслужбам это (предполагаемое сотрудничество с саентологами. — К.Н.) было выгодно: ведь они наверняка получили досье на тысячи сильнейших мира, поддерживающих религиозную организацию»; «В анкетах, которые распространяют саентологи в России, есть вопросы явно от разведсоообщества США». Но, во-первых, это минимальный градус сомнения, хотя, учитывая отсутствие внятных доказательств, этот градус должен был бы быть значительно больше. Во-вторых, эта пара предложений тонет в море аналогичных утверждений, не подкреплённых фактами, но и не маркированных сомнением ни в каком виде.

Наконец, манипуляция зрителем проявляется и в том, что без ссылок на источники даются цитаты некоторых людей. Например, руководитель бельгийской парламентской комиссии по расследованию нелегальной деятельности сект Серж Моро, по данным авторов фильма, заявил, что сотрудничество саентологов и ЦРУ — это доказанный факт. В открытых источниках мне эту цитату найти не удалось. Дал ли Серж Моро этот комментарий непосредственно телеканалу «Звезда»? В таком случае, почему не предоставлена аудио- или видеозапись его слов? Если же это комментарий, данный кому-то ещё, то почему не указано, кому? В последнем случае, это, во-первых, скорее всего, нарушение авторских прав, во-вторых — проявление неуважения к зрителю, который, опять же, должен знать источник, чтобы иметь возможность перепроверить информацию. То же самое касается цитаты советского разведчика Юрия Дроздова, который говорит о том, что «Церковь объединения» Муна якобы была создана американскими и южнокорейскими спецслужбами.

 

Неуважение к религиозным меньшинствам

Авторы передачи открыто занимают враждебную позицию по отношению к религиозным меньшинствам. Все обсуждаемые НРД объявляются марионетками западных спецслужб, инструментами для отъёма денег, недвижимости и личностной независимости у людей. Все они называются сектами, а их последователи — сектантами.

Создаётся впечатление, что любая не мировая религия в представлении авторов фильма — «секта», причём именно в бытовом, пренебрежительном смысле слова. По их версии, «цель секты — разрушение вашей уникальной самостоятельной личности и создание вместо нее некоего фантома, марионетки, беспрекословно исполняющей чужую волю». Правда, как именно отличить «секту» от обычной религии, остаётся не вполне понятно. В какой-то момент на экране появляется перечень признаков сект, и один из них такой: войти в секту можно, а выйти — невозможно («иначе бойкот и гибель в одиночестве»). При этом авторы как будто не замечают, что этому прямо противоречит история двух героев фильма — Станислава Ковтуна, который когда-то занимал ответственный пост в церкви Свидетелей Иеговы, а потом полностью порвал с этой организацией, и Романа, который представлен как «бывший Свидетель Иеговы».

Об организаторах, активистах и последователях НРД авторы отзываются крайне пренебрежительно. Слова основателя саентологии Рона Хаббарда названы «бредом сумасшедшего»; про проповедников в России в начале 1990-х годов говорится: «Тысячи самозваных проповедников, как стервятники, тут же набросились на свою жертву…»; потенциальных последователей предупреждают: «Вы будете без конца проходить какие-то курсы, маяться на собраниях, ездить в паломнические поездки, заниматься с учителями или помогать другим, новичкам. Жертвуя своей старой жизнью, временем, деньгами и здоровьем…» — подразумевается, что нынешние последователи занимаются именно тем, что «маются», проходят бессмысленные курсы и жертвуют здоровьем.

В попытке (видимо) предупредить аудиторию об опасностях (мнимых ли или реальных) НРД, авторы фильма далеко перешагнули за ту грань, которая разделяет информирование от шельмования. Текст, который произносит закадровый голос, сложно назвать конструктивной критикой — скорее, это богатый набор более или менее оскорбительных высказываний в адрес как самих НРД, так и их последователей. Основную этическую задачу рассказывающего о религии журналиста — сообщить об опасностях, проявляя при этом уважение к религиозным чувствам людей, — авторы обсуждаемого фильма выполнить не смогли и, кажется, даже не попытались. Фильм, по сути, представляет собой яркий пример медиапродукта, стимулирующего межконфессиональную рознь.

 

Резюме

Передача «Шпионаж под видом религии» в рамках цикла «Теория заговора» на телеканале «Звезда» содержит многочисленные нарушения журналистской этики. Их можно разделить на две основные группы: нарушения при работе с информацией - и нарушения, связанные с отношением к религиозным меньшинствам.

К первой группе относится активное использование в фильме манипулятивных приёмов, характерных для пропагандистских материалов: выстраивания мнимых (алогичных) логических цепочек (в частности, использования в качестве доказательств утверждений, которые доказательствами считаться не могут); отсутствия ссылок на источники информации; представления мнений в виде фактов; использования фраз вроде «известно, что…», «как выяснилось», «явно…» в отношении сведений, которые вовсе не общеизвестны и, более того, достоверность которых находится под вопросом.

Ко второй группе относятся многочисленные пренебрежительные комментарии в адрес последователей НРД. Авторы фильма игнорируют одно из базовых прав человека — право свободно исповедовать любую религию. Они усердно пытаются создать у зрителя впечатление, что организаторы НРД — негодяи, а их последователи — либо такие же негодяи, либо оболваненные зомби. Это противоречит этичному подходу к освещению религиозных вопросов, который предполагает свободу критиковать религии, но не свободу унижать (во всяком случае, столь очевидно и целенаправленно) её последователей и разжигать межконфессиональную рознь.

Всё это делает обсуждаемый «документальный» фильм ярким примером некачественного освещения религиозных вопросов на российском телевидении — к сожалению, далеко не единственным, не первым и, можно предположить, не последним в практике Общественной коллегии по жалобам на прессу.

 

 

Источники

1. «Шпионаж под видом религии» // Телеканал «Звезда». 17.10.2017. URL: https://tvzvezda.ru/schedule/programs/content/201605121200-50z2.htm/201710171013-x1rw.htm (дата обращения: 24.05.2018).

2. Жалоба на программу «Вести» из-за сюжета о Свидетелях Иеговы. URL: http://presscouncil.ru/praktika/rassmotrennye-zhaloby/4993-zhaloba-na-programmu-vesti-iz-za-syuzheta-o-svidetelyakh-iegovykh (дата обращения: 18.05.2018).

3. Жалоба Церкви Иисуса Христа Святых последних дней на «Пятый канал». URL: http://presscouncil.ru/praktika/rassmotrennye-zhaloby/5824-zhaloba-na-reportazh-pyatogo-kanala-o-tserkvi-iisusa-khrista-svyatykh-poslednikh-dnej (дата обращения: 18.05.2018).

4. Жалоба на репортажи «Потрошители душ» «Пятого канала». URL: http://presscouncil.ru/praktika/rassmotrennye-zhaloby/5598-zhaloba-na-reportazhi-potroshiteli-dush-telekanala-sankt-peterburg (дата обращения: 18.05.2018).

5. Жалоба на программу «Первого канала» «Время покажет». URL: http://presscouncil.ru/praktika/rassmotrennye-zhaloby/5849-zhaloba-na-programmu-pervogo-kanala-vremya-pokazhet (дата обращения: 18.05.2018).

6. Кодекс профессиональной этики российского журналиста. URL: http://www.ruj.ru/about_organization/kodeks-professionalnoy-etiki-rossiyskogo-zhurnalista/index.php (дата обращения: 18.05.2018). 7. Медиаэтический стандарт — 2015. URL: http://presscouncil.ru/teoriya-i-praktika/dokumenty/4756-mediaeticheskij-standart-2015 (дата обращения: 25.05.2018).

8. BBC Editorial Guidelines. Section 12: Religion. URL: http://www.bbc.co.uk/editorialguidelines/guidelines/religion (дата обращения: 18.05.2018).

9. Эгильский Е.Э., Матецкая А.В., Самыгин С.И. Новые религиозные движения. Современные нетрадиционные религии и эзотерические учения. Учебное пособие. М.: КНОРУС, 2010.

Подать жалобу

Проект реализуется при поддержке Фонда Президентских грантов, единого оператора грантов Президента Российской Федерации на развитие гражданского общества

Сайт Фонда президентских грантов