Мнение эксперта - Страница 5

Оглавление

 

Мнение эксперта С.К.Шайхитдиновой

о выпуске программы радио «Вести FM» «Полный контакт»

(автор и ведущий – Владимир Соловьев) «У псевдоэкологов “уши торчат”»

 

Мнение резюмирует итоги проведенного исследования.

 

Эксперт-исследователь: Шайхитдинова Светлана Каимовна, зав.кафедрой журналистики Института социально-философских наук и массовых коммуникаций Казанского (Приволжского) федерального университета, профессор,д.филос.н.; к.филол. н. по специальности «журналистика»; стаж работы в практич. жур-ке – 6 лет; опыт производства экспертных заключений по конфликтным текстам массовой информации – с 1997 года.

Время и место проведения исследования: 16-25 апреля 2018г.; Высшая школа журналистики и медиакоммуникацийИСФН КФУ, г.Казань, ул профессора Нужина, д.37/1.

Лицо, назначившее проведение исследования:Казаков Юрий Венедиктович, сопредседатель Общественной коллегии по жалобам на прессу.

 

Материалы, предоставленные исследователю:

1. Жалобы Бекаревой Ольги Валерьевны, Московцева Василия Викторовича и других (Андреевой, Беловой, Бурцевой, Гавриловой, Горбунова, Полетавкиной, Помеловой, Савченко, Уткиной, Юсковой).

2. Видеозапись спорного текста: выпуск программырадио «Вести FM» «Полный контакт» (автор и ведущий – Владимир Соловьев) «У псевдоэкологов “уши торчат”», вышедшей в эфир 21 марта 2018 года (<http://radiovesti.ru/brand/60948/episode/1728108/>).

 

Вопросы, поставленные перед экспертом:

 

1. Есть ли нарушения профессиональной этики журналиста в интервью «У псевдоэкологов “уши торчат”» и, если есть, то какие?

2. Содержит ли интервью «У псевдоэкологов “уши торчат”» признаки манипулирования сознанием и вводит ли в заблуждение аудиторию?

3. Подрывает ли данное интервью репутацию и доверие к общественному движению «СтопГок», сообщает ли недостоверные факты в отношении движения?

Методология исследования базируется на теории социальной ответственности прессы. Данная теория не определит, строить или не строить на территории Челябинской области Томинскийгорнообогатительный комбинат. Теория обосновывает правила, соблюдая которые необходимо вести публичный разговор, адресованный населению, и определяет риски, возникающие от несоблюдения данных правил.

Характеристика объекта исследования

Продолжительность аудиофайла составляет 38 минут 20 секунд, включая рекламные вставки. В интернете видо-аудиофайл вывешен 21.03.18 под названием «Челябинск опасен для жизни * Полный контакт с Владимиром Соловьевым» (<http://radiovesti.ru/brand/60948/episode/1728108/>). В качестве ведущих "Вестей ФМ"обозначены Владимир Соловьев и Анна Шафран. Шафран сделала лаконичную подводку, представила первую собеседницу - Наталью Гончар, вице-

президента по экологической и промышленной безопасности АО “Русская медная компания”. На 20-й минуте к разговору подключается некая Наталья Александровна Лощинина из города Коркина Челябинской области, города, который находится около угольного разреза, где уже прекратились разработки, но происходят пожары, отравляющие близживущее население (40 тысяч человек). Согласно логике разговора, решение данной проблемы возможно только при условии строительства Томинского ГОК.

Обе собеседницы подключаются к студии по «прямой связи». Способ ведения интервью – «допрос»[3], ролевая функция интервьюера – «ревизор»[5], т.е. человек, который интонационно и тактически задает характер беседы и оставляет последнее слово за собой (направляя ход интервью, ведущий периодически «осаждает» отвлекающие от заданной линии рассуждения собеседников: «сейчас до этого дойдем», «сейчас с этим разберемся» и т.п.).

По характеру вопросов-ответов фрагмент интервью с Натальей Гончармы относим к стандартизированному типу, т.е., когда вопросы заранее доведены до собеседника[6]. Для примера приведем ряд вопросов, заданных Соловьевым (Гончар, отвечая на них, фактически выдает информацию, подобную той, что печатают в рекламных буклетахпродаваемых объектов). См. подкасты программы «Полный контакт»:

-…Я хочу выяснить, где он находится, этот ТОминский… или ТомИнский ГОК, как правильно ударение ставить?

- Вы мне скажите, как далеко он от Челябинска?

- А когда его построят? Он вообще что должен делать?

- До этого мы сейчас дойдем. Вот непосредственно то, что там будет, это сколько рабочих мест создается?

- Сколько это денег стоит все построить?

- А налогов сколько будете платить?

- Насколько вы вредны для экологии? Что реально вы будете выбрасывать, чем вы будете “фонить”?

- Какой размер санитарно-защитной зоны?

- То есть в любом случае до Челябинска это не доходит?

- Сейчас до этого дойдем. Я просто хочу понять. А внутри этой зоны у вас там что – канцерогены, яды, взрывчатые вещества? Что там находится?

- А у вас есть система пылеподавления? Заложена она в смету?

- Хорошо. Технология, которую вы используете, является уникальной? Где-то в мире она используется? Или это только для России, где россиян не жалко? (…)

- Оборудование у вас иностранное или отечественное?

- Иностранное – китайское или тех стран, которые заботятся об экологической безопасности?

- Кто из экологов и экологических организаций проверял вашу документацию, давал добро и проводил все необходимые тестирования?

Следующий блок вопросов интервьюера нацелен на выяснение ситуации с движением «СтопГОК»:

- А "СтопГОК" – это кто? Кто эти люди? Среди них есть экологи?

- Подождите, экологи там есть? Ну, есть профессиональные экологи – не профессиональные бузотеры, непрофессионально занимающиеся разнообразной специфической деятельностью (то они за Навального, то они за “подвального”, то они за “карнавального”), а вот профессиональные экологи, люди, которые в профессии.

- А что за история, когда кто-то стал проникать на территорию ГОКа и совершать противоправные действия, поджоги. Вот эти экологи так с вами борются? Это кто был?

- История, которую я знаю, что Асатуллин и Медведев (при этом Асатуллин – член “РПР-ПАРНАСа") 11 сентября 2017 года проникли на территорию Томинского ГОКа и совершили поджог штабелей леса. При задержании данные лица оказали сопротивление сотрудникам правоохранительных органов, открыв по ним стрельбу. В настоящее время против них возбуждено уголовное дело. Это что, такая экологическая борьба у нас теперь стала? Ну ладно, хорошо, а то, что Навальный у нас стал поддерживать "СтопГОК" и пишет письма с требованием, чтобы не предоставляли кредиты компании, Навальный что, что-то стал понимать в экологии? Вот все приезжают и рассказывают, как плохо. Я просто хочу понять, если такая кампания идет, кто вас заказал? Кто дал денег на то, чтобы реально не было предприятия, которое должно создать рабочие места, которое оказывает большое влияние на наполняемость губернии налогами. Кто с вами воюет? Кому вы перешли дорогу?

Далее разговор переходит к теме старого угольного разреза в Коркинском районе.К интервью на 20-й минуте подключают некую Наталью Лощинину из города Коркина, стоящего на чадящем угольном разрезе, который уже выведен из эксплуатации (проводится мысль о том, что строительство Томинского ГОК поможет в решении данной экологической проблемы):

- Как далеко это от Челябинска?

- Понятно. Значит, вот это в пределах 10 километров это дико чадит. Сколько людей живет в

непосредственной близи от этого провала?

- 40 000 жителей.

- Государство самостоятельно способно решить проблему этого разреза? Сколько надо денег?

-То есть это примерно столько, сколько государство выделяет на решение всех экологических проблем в год?

- И короткий вопрос: может, вы весь лес там вырубили у себя? Может, вы что-то такое страшное делаете? Может, вы забираете “легкие” Челябинска своим ГОКом?

- Мы потом позвоним как раз туда, где живут люди, где 40 000 человек, поговорим там с людьми, поймем, а потом я выстрою свою логику, чтобы было понятно, к чему я все это веду. Я все-таки хочу добиться, я хочу понять, почему этот ГОК так страшен, если верить политикам, а не политическим активистам оппозиционного толка, опять же, потому что экологов среди них не оказалось пока. И вот вопрос такой: хорошо, а может быть, ГОК влияет на грунтовые воды и почву? Наталья, скажите, пожалуйста?

- Понятно. Теперь давайте поговорим тоже с Натальей. Натальей Александровной Лощининой, она как раз из этого самого несчастного Коркина. Наталья Александровна, вот люди же не понимают, пока не увидят видео или фото того, рядом с каким абсолютно ужасом вы живете. То есть, когда я посмотрел, у меня было ощущение, что это было просто такое, ну, не знаю, какое-то исчадие ада, то есть это и есть ад.

(…) - Я не про рабочие места! Вот кто будет заниматься этим вашим разрезом?

(…) - Понятно. Значит, если не будет Томинского ГОКа, то у вас вот этой ямой, которая чадит, никто заниматься не будет, и вы будете находиться в зоне экологического бедствия, так или не так? (…).

Интервью завершается монологом Владимира Соловьева, в котором проговариваются выводы, отвечающие целям проведенного разговора:

- … Значит, как я вижу всю ситуацию: во-первых, Челябинск – город, на мой взгляд, экологического бедствия. Экологическое бедствие Челябинска связано со многими факторами, о которых говорили, и необходимо, чтобы там работали настоящие экологи, а не разнообразная псевдополитическаяшушера, которая на самом деле решает свои задачи. Если посмотреть личные дела многих этих так называемых экологов, то там все видно – пробы ставить негде. Что не обозначает, что проблемы нет. (…). Конечно, идеальный вариант, чтобы все было замечательно, зеленое и чистое – никакой промышленности не существовало. Да. Тогда не будет рабочих мест, тогда нечего будет есть и нечем будет заниматься…

(…) - Ну, ладно, понятно с Явлинским, потому что ряд его активистов там, они и являются как раз активистами "СтопГОКа". Часто "Яблоко" использует экологическую тематику, правда, иногда при этом есть вопросы к тем людям, которые этим занимаются. Все ясно про Навального. У меня вопрос: а вот когда мы говорим "все ясно", кто платит денег, чтобы поддерживать вот эту активность, в чьих интересах? На мой взгляд, в интересах тех людей, которые реально, с одной стороны, хотят воздействовать на нашу экономику не хуже, чем санкции. (…).

 

Выводы исследования

Вывод 1

Интервью не является журналистским. Оно выполнено как работа политтехнолога, использующего в своих целях журналистский формат подачи нужной информации.

У интервью двойная цель. Первая: продвинуть интересы «большой экономики», сделать так, чтобы жители Челябинска приняли строительство Томинского ГОКа как благо для их региона. Вторая цель: дискредитировать «политического противника». Противник – «псевдоэкологи, у которых “уши торчат”»(«уши» - те силы, которыми руководит несистемная оппозиция, стремящаяся, по версии ведущего, за деньги заграничных фондов сорватьстроительство нужного экономике горнообогатительного комбината). Цели определяют структуру разговора и используемые интервьюером средства воздействия на аудиторию. Интересы «просто людей», гражданского населения, горожан в интервью не представлены.

Пояснение

Дискурс-анализ интервью свидетельствует о приоритетности персонажей, в пользу которых велся диалог. Это достигается путем подбора номинаций и контекстных смыслов.

В качестве первого собеседника выступает вице-президент по экологической и промышленной безопасности АО “Русская медная компания” (Н.Гончар), т.е. управленец, представляющий организацию, напрямую заинтересованную в строительстве Томинского ГОК.

Вопросы ведущего сформулированы так, что они задают разговору макроуровень: налоги региона, количество рабочих мест в нем, уникальность оборудования в мире и т.п. «Щепки», которые при «строительстве леса» «летят», на этом уровне не просматриваются, - заданный масштабне позволяет разглядеть.

Вторая собеседница «отыгрывает»по логике интервью его «эмоциональную часть».Она говорит от имени 40 тысяч жителей города Коркина, которые живут около чадящего угольного разреза.

ЛОЩИНИНА: …Ну, это, скажем так, наши деды, прадеды, наши отцы копали, добывали уголь. Мы привыкли уже здесь жить. К сожалению, вот то, что происходит сейчас с разрезом – эта гарь, смог, ну, это же было не всегда. (…)У нас, понимаете, город горняков, горд производственников, у нас нет такой семьи, где не было бы представителей вот этой профессии.

Ее социальный статус не указан, однако она уверенно подтверждает слова ведущего, что если Томинский ГОК построен не будет, то «этой ямой, которая чадит», никто заниматься не будет, и они будут находиться в зоне экологического бедствия.

Третья группа персонажей спорного материала – противники строительства Томинского ГОК – участники движения «СтопГОК». Они представлены в неприглядном, отрицательном виде.

СОЛОВЬЕВ:Подождите, экологи там есть? …не профессиональные бузотеры, непрофессионально занимающиеся разнообразной специфической деятельностью (то они за Навального, то они за «подвального», то они за «карнавального»), а вот профессиональные экологи, люди, которые в профессии.

Отметим, что граждане вправе реализовывать свое конституционное право – получать реальную информацию по вопросам безопасности их жизни. Однако им отказывается в этом потому, что

1) они - не специалисты, не профессионалы (использован известный прием «перехода на личности»: когда кто-то задает неудобные вопросы,мешает осуществлению планов, надо взять собеседника за пуговицу и тихо, но с чувством собственной правоты, спросить: «Ты кто такой?»);

2) они, как это преподносит ведущий, представляют политических активистов оппозиционного толка;

3) их действия, как это преподносит ведущий (см. его заключительный монолог) проплачивают зарубежные фонды, которые «используют политические средства давления на бизнес» (…),это «хуже, чем санкции»;

4)они творят криминал (приведен конкретный случай поджога на территории стройки двумя лицами, один из которых оказался членом «РПР-ПАРНАСа»).

Интервьюер не делает различий между политическими фигурами, отмеченными им в интервью. После того, как предвыборная кампания уже завершилась, он продолжает вести борьбу «против всех»: «Почему Явлинский, Жириновский, Навальный не попытались вникнуть в проблему?... Почему им достаточно истерии?(…). Кто задурманивает мозги? Кто их проплачивает?»

Между тем, эти лица и их объединения представляют совершенно разные социальные группы и люди вправе к ним примыкать в отстаивании своих прав. (Иначе каким еще образом, как не через общественные организации, в т.ч. партии, а также через демократические СМИ, гражданское общество и его инициативы, в которых так сегодня нуждается страна, могут легитимно присутствовать в политической системе государства, движущегося по пути развития?).

 

Вывод 2

Интервью Владимира Соловьева «У псевдоэкологов “уши торчат”» переводит социальную проблему государственного уровня («Челябинск – город экологического бедствия»)в «черно-белый» политический дискурс «наших» и «ненаших». Продвигается идеология унитарного авторитаризма, которая исключает любые гражданские инициативы людей.

Пояснение

Конструирование противостояния двух лагерей производится ведущим через гиперболизацию вопроса противостояния, его навязывания собеседникам.

Примеры.

Гончар рассказывает, что у них «с представителями "СтопГОКа", с представителями надзорных ведомств и министерств проходят заседания Общественной палаты Челябинской области, и вот на эти заседания приходят представители "СтопГОКа". Себя многие из них называют экспертами, но когда мы спрашиваем про квалификацию, потому что все-таки надо иметь некий опыт и знание в той области, в которой задаются вопросы… Чаще всего приходят юристы и те люди, которые себя называют независимыми экспертами…».

Соловьев в ответ обостряет тему «неэкологов», противопоставляет «профессионалов» - «непрофессионалам» (Заметим, что гражданское население потому таковым и является, что предстает как общественность, которая вне зависимости от представленности-непредставленности в ней «профессионалов, не перестает ею быть, ее «качество» зависит не от этого).

Из разговора с Лощининой:

СОЛОВЬЕВ: Вас уже называют штрейкбрехерами и предателями вот эти из "СтопГОКа" за то, что вы теперь против них?

ЛОЩИНИНА: Мы, знаете, не против них, мы за наш город. И мы за то, чтобы здесь было развитие.

СОЛОВЬЕВ: Нет, ну, если победит "СтопГОК", Томинского ГОКа не будет, исходя из этого, ваша дыра будет существовать. Я не про город, я именно пор разрез.

ЛОЩИНИНА: Я поняла ваш вопрос. Да, они, конечно, делают в соцсетях различного рода высказывания, оскорбления какие-то звучат там, вплоть до угроз. Но меня это лично не пугает, потому что я здесь живу, здесь живут мои дети, родные, близкие.

 

Судя по тому, что интервьюер в начале интервью обнаружил, что не знает, на каком слоге делать ударение в названии «Томинский ГОК», живого разговора с людьми о предприятии у него перед интервью, очевидно не было. Сбор материала, который обычно осуществляется при подготовке к выходу в эфир, производился путем изучения дел, из которых, по словам интервьюера, понятно, что среди активистов «СтопГок»

юристы есть, встречи с американцами есть, получение денег от Национального фонда в поддержку демократии США – все это есть. “РПР-ПАРНАС", "Яблоко", Навальный – все это есть. "Стратегия 31" – есть, демвыборы в Челябинске – есть. А экологии нет! Экологии нет. Обучение методам подготовки протестных акций на территории Челябинской области проходили, выезжал в Москву Московец, с Чириковой встречался, только Чирикова тоже особо не эколог, как я понимаю. “Честные выборы” – участвовал. Кричал всякие гадости. А экологии нет. С этим-то что делать?

И далее:

…Главная роль этого движения – это спекуляция на трагедии Челябинска, не дать возможность разрешить проблему жуткого чадящего разреза и атаковать тех, кто действительно убивает город. Вот это главная роль. Поэтому я не удивлюсь, если выяснится, кто башляет и покупает себе этим самым возможность продолжать травить челябинцев, осуществляя свою деятельность непосредственную. Но ведь этим же ФСБ должно заниматься? Они же должны смотреть? Но, видимо, они заняты, у них, конечно, есть и другие вопросы.

Таким образом в духе авторитаризма производится апелляция к ведомству, с которым медийное лицо, очевидно, уже поработало, получив «компрометирующие сведения» об активистах.Также упоминание этого ведомства прозвучало как угроза в адрес тех граждан, которые надумали бы примкнуть к инициативам движения.

Вопросы о том, в каких формах ведется диалог с населением по теме экологии в Челябинской области, почему не приводят к результату дебаты в Общественной палате, если они там проводятся, как освещает экологические проблемыместная социальная журналистика, в какой последовательности будет производиться финансирование промышленных объектов, включая ликвидацию старого угольного разреза, каковы гарантии, что экологические программы реально будут финансироваться с началом строительства ГОК и т.п. – все эти вопросы о неясных перспективах, которые способны пошатнуть доверие к власти и бизнесу у «просто людей», которых редко когда брали в расчет, - остались за кадром.

Вывод 3

В интервью нарушены профессионально-этические принципы объективности, непредвзятости, честности, правдивости. Произведено голословное обвинение активистов движения «СтопГОК» в том, что они осуществляют проплаченную деятельность. Произведены оскорбительные намеки, что их деятельность оплачивают заграничные фонды. Осуществлено конструирование образа врага в лице политической оппозиции. Манипулятивными способами осуществлена попытка произвести раскол среди городской общественности города Челябинска.

Пояснение

Манипулирование общественным мнением произведено следующими способами:

- ведущий разыгрывал роль объективного «защитника» интересов людей (в начале интервью он будто бы собирался с Гончар поругаться и т.п.);

- ведущий обманул ожидания людей, подменив предмет обсуждения в виде экологической проблемы на вопрос о том «кто ты такой»;

- ведущий осуществил намеки на свою осведомленность о конфиденциальных данных гражданских активистов, об их профессиональной подготовке и т.п., формируя так образ врага и раскол в общественном движении;

-ведущий с помощью риторических вопросов осуществил вброс никак не подтвержденных оскорбительных сведений якобы о том, что активисты СтопГОК работают за деньги и это - деньги зарубежных фондов;

- ведущий провел передачу с высокомерием приближенного к власти политтехнолога, эксплуатирующего свой публичный медиаобраз в интересах репрессивного сознания, игнорирующего реальные интересы граждан.

 

 

 

Литература

1. Баранов В.Н. Лингвистическая экспертиза текста: теория и практика. М.: Флинта: Наука, 2009. 592с.

2. Профессиональная этика журналиста: Документы и справочные материалы / Под ред. Ю.В.Казакова. М., 2004. 480 с.

3. Сыченков В.В. Интервью «с человеческим лицом» // Газеты малых городов: верстается первая полоса. – Казань, 2002. – С.156-167.

4. Шайхитдинова С.К. Медиаэтика. – Казань, 2007. – Казань, 2007. – 80 с.

5. Шостак М. Маски общения // Шостак М. Репортер: профессионализм и этика. М., 2001 / URL:<studfiles.net/preview/2037859/>

6. Шумилина Т.В. Не могли бы вы рассказать... Текст] : Метод интервью в журналистике. – М., 1976. - 136 с.

 

Подать жалобу

Проект реализуется при поддержке Фонда Президентских грантов, единого оператора грантов Президента Российской Федерации на развитие гражданского общества

Сайт Фонда президентских грантов